Книга Системный Друид. Том 4, страница 117 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Мужчина без магии, с грамотно подобранным артефактным снаряжением, едва не переломил мне хребет. В прошлой жизни я видел, как браконьеры, вооружённые до зубов, выходили против егерей и побеждали, потому что снаряжение компенсировало разницу в умениях. Здесь была та же история, только ставки выше и последствия жёстче. А ведь это я еще с опытными магами не встречался, только с различными самоучками.

Борг остановился в двух шагах от лежащего тела.

Я достал из котомки флакон с лечебным зельем, которое готовил несколько дней назад — как знал, что пригодится. Все же зелья со временем выдыхаются, а тут свежая партия.

Густая зеленоватая жидкость с золотистыми искрами плеснула в первом флаконе, когда я откупорил его зубами и выпил в два глотка. Горький вкус обжёг горло. Рана над бровью стянулась, кожа вокруг зудела и пульсировала, пока края пореза сходились. Боль в ребре отступила, превратившись из острой — в глухую и терпимую. Запястье перестало гореть.

Мы стояли и смотрели на тело Дарена. Снег вокруг него таял от крови, расплываясь бурыми пятнами, и пар поднимался от мокрой земли в холодном воздухе.

— Его будут искать, — сказал Борг.

— Знаю.

— Это не наёмник и не зверолов, Вик. Это правая рука сына графа. Райан такое не спустит.

Я кивнул, вытирая остатки крови со лба рукавом. Борг стоял рядом, и его лицо выражало то, что я сам чувствовал, понимание, что линия пройдена и назад дороги нет. Звероловов можно было списать на лес, наёмников — на неудачу, рухнувшие штольни — на ошибку рабочих. Но мёртвый Дарен, личный порученец наследника де Валлуа, менял расклад целиком.

— Деревню нужно подготовить, — сказал я. — Предупреди тех, кому доверяешь. Не все подробности, только то, что от замка может прийти неприятность и что стоит смотреть в оба. Браун в Бродах тоже должен знать.

Борг кивнул, глядя на тело.

— А с этим что?

— С этим я что-нибудь придумаю.

Охотник посмотрел на меня долгим взглядом, в котором перемешались благодарность за спасённую жизнь и тревога за то, что будет дальше. Потом развернулся и пошёл к деревне, придерживая бок и слегка прихрамывая. Зелье делало своё дело, но полное восстановление требовало времени.

Я остался с телом Дарена и планом, который складывался в голове по мере того, как солнце двигалось к западу.

* * *

Ночь пришла рано, как приходят зимние ночи, быстрым угасанием серого света и мгновенным наступлением темноты, от которой лес превращался в сплошную чёрную стену за околицей. Звёзды мерцали сквозь разрывы облаков, бросая на снег бледные блики.

Деревенская конюшня стояла на южном краю, рядом с трактом. Приземистое бревенчатое строение с широкими воротами, запертыми на деревянный засов. Внутри переминались с ноги на ногу лошади местных, и среди них стояла гнедая кобыла Дарена, привязанная к крайнему столбу. Он оставил её здесь днём, как обычный приезжий торговец, заплатив конюху медяк за место и сено.

Я подождал, пока конюх уйдёт на ужин, и вошёл через заднюю дверь, которая запиралась на верёвочную петлю и поддалась ножу. Гнедая подняла голову, фыркнула, но не забеспокоилась, обученная лошадь привыкла к чужим рукам. Я вывел её через задний двор в темноту, ведя под уздцы по тропе, огибавшей деревню с юга.

Тело Дарена лежало прикрытое его собственным плащом. Я перекинул его через седло, привязал верёвкой за пояс и щиколотки, проверил узлы. Гнедая приняла груз спокойно, только переступила задними ногами и повела ухом. Я взял повод и повёл лошадь на восток, в сторону Предела.