Книга Системный Друид. Том 3, страница 9 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

У развилки, где тропа выходила к вырубке, Борг остановился и повернулся ко мне. Солнце стояло низко, заливая его лицо косым тёплым светом, и морщины у глаз углубились, когда он чуть прищурился.

— Вик, — произнёс он негромко, — спасибо. Без тебя лучник бы меня снял.

— Ты бы справился.

Борг хмыкнул, и в этом хмыканье смешались усталость, скепсис и крупица той мужской нежности, которую он прятал за броней угрюмости так же старательно, как прятал чувства к Хельге.

— Ты меня переоцениваешь. Дед твой запросто бы справился — это без сомнений. Пошли, пироги сами себя не съедят. И да, Хельге ни слова.

Мы прошли вырубку и свернули на утоптанную тропу к деревне, когда Борг покосился на мою щёку, где подсыхала тёмная полоска от кинжала.

— Что ты сделал с лучником?

— Что требовалось, — сказал я, не поднимая взгляда на охотника.

Борг кивнул, принимая ответ без уточнений. Прошёл ещё шагов двадцать, прежде чем спросил снова, глядя перед собой:

— Первый раз?

— Да, — соврал я.

Борг помолчал, обходя корень, выпиравший из тропы.

— И как?

Я пожал плечами. Руки уже перестали подрагивать, царапина на щеке саднила привычной тупой болью, и мысли текли ровно, без рывков, без провалов. Лицо лучника с расширенными зрачками стояло перед глазами, но где-то далеко, за стеклом, будто я смотрел на него через окно чужого дома.

— Он пришёл убивать. Там было без шансов. Либо я его, либо он меня.

Борг посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. Потом отвернулся к дороге и тихо хмыкнул.

— Шестнадцать лет, — пробормотал он себе под нос. — Торн, старый чёрт, что ж ты за внука вырастил.

Мы двинулись дальше, и лес за нашими спинами уже начинал стирать следы произошедшего.

* * *

Щуплый мужичок в засаленном плаще юркнул в переулок позади трактира, прижимая к груди тяжёлый кожаный мешок, от которого несло конской сбруей и металлом. Его глаза бегали по сторонам, цепляясь за каждую тень и каждый проём, но переулок был пуст, только крысы шуршали в куче отбросов у стены.

У чёрного хода трактира стоял человек в синем плаще, молодой, с безразличным лицом посыльного, привыкшего принимать пакеты и не задавать вопросов. Мужичок подошёл к нему шаркающей, торопливой походкой и сунул мешок ему в руки.

— Дело сделано, господин, — произнёс он, шмыгнув носом. — Охотник мёртв. Вот подтверждение — его охотничья сумка.

Посыльный принял мешок, заглянул внутрь, потрогал содержимое пальцами. Кивнул, достал из-за пазухи второй мешочек, потоньше и потяжелее, и молча протянул мужичку. Тот схватил оплату обеими руками, прижал к животу и попятился, кланяясь.

— Благодарствую, благодарствую, передайте хозяину, что Крюк всегда к услугам, всегда надёжен, как часы, тьфу, как стены замковые…

Посыльный развернулся и ушёл, не удостоив его ответом.

Крюк нырнул обратно в переулок, прижимая мешочек к груди, и его тонкие губы растянулись в ухмылке, обнажив гнилые зубы. Он выскользнул на параллельную улицу, свернул за угол, потом за другой, петляя между домами привычным маршрутом, и наконец юркнул в щель между двумя амбарами, где его никто не мог видеть.

Там он развязал мешочек и пересчитал монеты, слюнявя пальцы. Серебряные кругляши звякали тихо, ложась один на другой аккуратными столбиками, и с каждым столбиком ухмылка Крюка становилась шире.