Книга Системный Друид. Том 3, страница 73 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

За одну вылазку набиралось от пяти до семи кристаллов. Мелких, низкого качества, каждый размером с ноготь мизинца. Скромный, наверное, доход для авантюриста, привыкшего к добыче из подземелий третьего-четвёртого уровня, но для меня каждый кристалл имел другую цену. Да и то, что благодаря этому я развиваю свои навыки, дорого стоит.

Сбыть, впрочем, свою добычу в виде кристаллов сейчас было невозможно.

Сорт торговал травами и алхимическими составами, кристаллы маны лежали за пределами его экспертизы и интересов. Продать их в Вересковой Пади — означало привлечь внимание, которого я старательно избегал: деревенский парень, внезапно выставляющий на продажу кристаллы из Подземелья, мгновенно породил бы вопросы, на которые честный ответ стоил бы дороже любого кристалла. Откуда? Из какого подземелья? Кто ещё знает? Можно ли туда попасть?

Авантюристы Маркуса бродили по лесу в поисках именно таких мест. Гильдия платила за информацию о неисследованных подземельях, и одно неосторожное слово превратило бы мой тихий источник ресурсов в проходной двор. Рано или поздно это случится, ну а пока я могу заметать следы и ходить в него сам.

Кристаллы ждали своего часа, как и ядро теневой пантеры, монета Луны с остаточной магией, перья Стального Сокола, переработанные к этому моменту в метательные клинки, но ещё ни разу не испытанные в бою, и тот странный оберег с лисьего алтаря.

Арсенал рос медленно, кусочек за кусочком. Когти Грозы и нож с клыковой рукоятью закрывали ближний бой, Каменная Плоть прикрывала от ударов, а Молниеносный Шаг и Покров Сумерек позволяли появляться и исчезать, прежде чем противник успевал среагировать. Для дистанции оставался лук Борга и перья-клинки, а лоза из семени подаренного вязом добавляла захват и комбинации с молнией. Стойкость Горного Хребта держала всё это вместе, не давая телу сдать раньше времени. Каждый элемент латал слабость предыдущего, и вместе они складывались в систему, которая позволяла мне стоять на равных с тем, что обитало в глубинах Предела или в каменных коридорах подземелья за стеной воды.

Я стоял у края обрыва, глядя вниз на бурлящую чашу водопада, и холодные брызги оседали на лице, смывая пыль и пот трёхдневного перехода. Водяная завеса грохотала, и за её белой стеной скрывался проход в другой мир, замкнутый и терпеливый, генерирующий порождения и кристаллы с неторопливостью, присущей вещам, которые старше любого поколения.

Подземелье восстанавливалось, и это было главным наблюдением, ради которого стоило возвращаться снова и снова.

Я засёк закономерность на втором визите. Борозды на стене первого коридора, оставленные Когтями Грозы при первом прохождении, стали мельче. Оплавленный камень разгладился, трещины затянулись, скала будто обладала памятью формы и стремилась к исходному состоянию. Ещё через неделю борозды превратились в бледные линии, различимые только на ощупь. К четвёртому визиту стена выглядела нетронутой.

Порождения появлялись заново. Те же серокожие гуманоиды, того же ранга, в тех же отсеках, в том же количестве. Подземелье штамповало их по шаблону, заполняя пустоты, образовавшиеся после моих зачисток, как какой-то отлаженный механизм. Убей пятерых, вернись через пару дней, и пятеро новых будут ждать на тех же позициях, с теми же повадками и тем же уровнем агрессии.