Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5, страница 49 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Ну, вот и славно, — выдохнул я, убирая меч в ножны.

Подошел к алтарю и начал собирать ядра. Пятьдесят три штуки разного размера и мощности. Хватило бы на снаряжение небольшой армии. Или на то, чтобы озолотить «Последний Предел» и подняться выше в этом их рейтинге. Не то чтобы мне было дело, но какой-то азарт присутствовал. Приятно, когда твоя строчка стоит на самой вершине.

Запихнув все ядра в пространственный карман плаща, я огляделся. Без поддержки Н’зота храм начал рушиться. Потолок трескался, колонны падали.

Но когда я уже собирался уходить, взгляд зацепился за едва заметные символы на самих вратах. Среди древних рун и печатей, среди всей этой чужеродной символики, я увидел знакомый узор. Мое сердце пропустило удар и я сделал шаг ближе.

Переплетение семи кругов с центральной звездой — личная печать Аркариуса. Та самая, которую он ставил на всех своих серьезных работах. Но эта была… изменена. К привычному узору добавились дополнительные линии, формирующие сложную структуру сдерживания.

— Арк… — прошептал я, проводя пальцами по древним символам. — Ты был здесь.

Теперь многое становилось понятным. Почему врата были лишь приоткрыты, а не распахнуты настежь. Почему для их полного открытия требовалось столько энергии. Аркариус был здесь. Нашел эти врата и наложил на них сдерживающие печати. Не смог уничтожить полностью — для этого не хватило сил даже ему. Но смог ослабить, замедлить процесс, позволил мне завершить этот процесс.

Очередной кусок камня обрушился с потолка, едва не задев меня.

— Пора валить, — решил я, но мысли продолжали крутиться вокруг увиденного.

Мой старый друг продолжал защищать этот мир даже спустя столетия после своей смерти. И судя по всему, он знал об угрозе богов намного больше, чем я знаю сейчас.

Обратный путь оказался на удивление легким. Твари исчезли, органические наросты высохли и осыпались, превращаясь в пыль. Разлом умирал, лишенный источника силы.

Подъем занял много времени. Пришлось карабкаться по отвесным стенам, прыгать с уступа на уступ. «Шаги по Небу» здорово помогали, но к концу ноги гудели от напряжения.

Когда я наконец вылез из Бездны, солнце уже клонилось к закату. У края пропасти собралась целая толпа, но судя по их лицам, меня не ждали.

Первым меня заметил Леон.

— Дарион! — заорал он так, что эхо прокатилось по амфитеатру. — А я что говорил, он жив!

Все головы повернулись ко мне. Конрад Синкроф застыл с приоткрытым ртом. Аурелия Мерсер уронила бокал с вином. Даже невозмутимый Александр Войд выглядел потрясенным.

— Привет, — помахал я рукой. — Надеюсь, венок с гробом не заказали, а то придется возвращать. Да и не люблю я пышные мероприятия.

— Дарион! — Кайден подбежал ко мне, чуть не плача. — Ты был там шесть часов! Шесть! Никто не продержался в Бездне больше двух!

— Да ладно, там вполне неплохо, — пожал я плечами. — Правда, дизайн интерьера хромает. Я бы нанял бригаду для ремонта.

— Что было внутри? Как далеко тебе удалось пройти? Ты видел… — Конрад подошел ближе, но слова застряли у него в горле.

Все из-за того, что позади меня Бездна начала… схлопываться. Зеленоватое свечение померкло, края пропасти задрожали и начали сближаться. Древний Разлом, существовавший столетиями, закрывался.

— Что… как… — Конрад не мог подобрать слов.