Книга Цена власти, страница 177 – Илья Карпов

Клинок проскрежетал по нагруднику, взрезав полосатую накидку. Гильям взревел и ответил ударом кулаком в грудь что было сил. Девчонка упала на колено, а сдавленный стон, сорвавшийся с её губ, заставил кровь Гильяма закипеть.

Он замахнулся мечом, чтобы указать ещё одной дерзкой дряни её место, как вдруг что-то ударило по шлему с такой силой, что мир покачнулся. В голове зазвенело, а боль от вырванного вчера зуба разлилась по всему телу. Гильям отшатнулся, и увидел перед собой полотно щита, серое в чёрный горох.

Его обладатель носил укреплённую пластинами кольчугу и шлем без забрала, а в левой руке сжимал меч с чёрным, будто дым, лезвием. Он помог девчонке подняться и зло взглянул на рыцаря. Гильям без труда узнал это лицо. Губы сами собой растянулись в ухмылку.

— Крыса вернулась, — прохрипел он. — Любимчик короля. Как там тебя? Таринор?

— Сир Таринор, — ответил тот и добавил: — Пепельный.

— Брехня! — выпалил Гильям и перехватил меч поудобнее. — Кусок дерьма! Ты и твоя девка! Обоих прирежу!

Ответом ему была целая серия выпадов, отразить которые удавалось с трудом. Проклятая левая рука… Клинок Гильяма же то проходил мимо, то врезался в щит. Вот ему, наконец, улыбнулась удача: меч скользнул по кольчуге, едва не угодив в шею, но в бок вновь ударил порыв ветра.

Драться сразу с двумя рыцарь не собирался, к тому же несколько королевских солдат и пара всадников уже неслись на помощь своему командиру. Гильям отпрянул, давая связать противников боем, и вдруг услышал звук рога. Высокий, пронзительный, не похожий на тот, что использовали королевские силы.

Он бросил взгляд туда, откуда доносился звук и похолодел, увидев вдали знамёна с красно-чёрными полосами и золотым львом поверх. Неужели лорда Кавигера разбили? Скоро здесь будут до зубов вооружённые аккантийцы, и тогда им точно несдобровать.

Гильям стиснул зубы и пронзил бок попавшемуся под руку оборванцу с вилами, который тут же повалился на землю с протяжным стоном. Потом рубанул старика, что пытался подобраться сбоку, и едва не споткнулся о лежащего на земле рыжего мальчишку, в котором узнал своего оруженосца.

Он держался за живот окровавленными руками и стонал, а увидев своего господина принялся судорожно кричать:

— Сир Гильям! Я… Я пробивался… К вам… Помочь!.. А меня пикой… в живот!.. Спасите! Умоляю!..

Но Гильяму Фолтрейну было не до того. К тому же мальчишка скулил до того истошно и противно, что рыцарь просто вытащил кинжал и навсегда прервал его страдания. Вернув клинок на место, Гильям огляделся и плюнул на землю с досады.

Вылазка едва ли достигла цели. Лагерь явно ждал нападения, так что большая часть обоза осталась невредимой, а немногие обугленные телеги не успели выгореть дотла. Рыцарь зарычал от негодования и что есть сил дунул в рог, а потом ещё раз. Битва замерла. Два сигнала означали отступление.

Прежде чем аккантийцы настигли людей Гильяма, он успел отойти к тем силам, что вязали боем лагерь. Пехоте здесь даже удалось смять оборону и, хоть и неглубоко, но войти в лагерь. Но всё это не имело значения: если не уйти сейчас, их всех просто перережут. Командующий гвардией вновь просигналил дважды и увидел ошалелый взгляд сержанта.

— Уходим! — проорал рыцарь и снова задул в рог.

Горло уже горело огнём, а тело ныло от усталости. Гильям поймал за уздцы лошадь неподалёку. Её всадник, из мелких рыцарей с чёрт знает чем на гербе, поднял забрало и удивлённо посмотрел на своего командира.