Книга Тень железной руки, страница 82 – Илья Карпов

Сказав это, Мирана осеклась и застыла, не донеся кусочек сыра до рта.

— Всё в порядке? — осторожно спросил Таринор. — Ты как-то побледнела. Кого он проклял?

— Проклятье падёт на двенадцать колен… — медленно заговорила девушка, будто старательно выуживая из памяти нечто безумно важное. — Когда ворон вновь победит дракона… Лишь тогда Рейнар вернёт право власти!

— То есть он проклял собственный дом? И своих потомков?

— Когда Эдельберт в годы завоевания Энгаты осадил Пламенный замок, Рейван призывал сражаться до последнего. Его племянник же, лорд Дракенталя, сдался имперцам, чтобы сохранить жизнь своим детям. Чтобы дом Рейнаров продолжал жить. Тогда Рейван проклял собственный род, за что и был замурован где-то в подземельях Пламенного замка.

— Ну у вас и семейка, конечно… — поёжился Таринор.

— Не знаю, сколько поколений сменилось с тех пор, но… Я ворон, а мой отец — дракон. Уж не значит ли это…

— Что ты должна одолеть чудовище, которым он стал?

— Мне страшно даже подумать о таком, — грустно вздохнула Мирана. — Я не помню наше семейное древо наизусть и, пока не доберусь до него, выводы делать рано. В конце концов, в мире кто-то всё время кого-то проклинает. Много ли проклятий сбылось на самом деле?

— Да, действительно, — усмехнулся наёмник, вот только на душе у него сделалось гадко.

Перед тем, как отправиться спать, Миране вдруг захотелось научить Тогмура читать, а тот, к немалому удивлению Таринора, оказался не против. Девушка чертила палочкой закорючки на земле, а северянин старательно пытался запомнить их значение, морща лоб и вздыхая каждый раз, когда приходил черёд новому знаку. «Да когда ж они кончатся!» — воскликнул Тогмур в сердцах, когда они добрались до буквы «и». Наёмник лишь тихо усмехнулся и перевернулся на другой бок, закрывая глаза.

…всё то же безобразное трёхглавое чудище. В последнее время оно столько раз являлось Таринору во сне, что стало почти привычным. Драконья голова глядела куда-то в сторону без какого-либо интереса, а голова-череп выдохнула смрад и ледяной ветер над головой наёмника. Вдруг зверь одним прыжком оказался прямо за спиной Таринора, а львиная морда с серебряными рогами оскалила безобразные клыки, обдав его зловонным дыханием.

Обычно такие сны заканчивались примерно на этом моменте, но на сей раз тварь замерла и уставилась пустым взглядом прямо наёмнику в глаза. К такому он готов не был. Каждое мгновение напряжение росло, а проклятый сон и не думал прекращаться. Львиная голова разинула зубастую пасть и… лизнула изумлённого Таринора в лицо.

Сон тут же как рукой сняло, но на лице чувствовалась влага. Наёмник не успел открыть глаза, а по его лицу снова прошлось нечто горячее влажное и шершавое. Что за чёрт⁈ Он попытался отмахнуться и даже по чему-то попал. Послышалось фырканье. Таринор осторожно открыл глаз и увидел морду Греты прямо перед собой.

— Чтоб тебя! — проворчал наёмник. Он утёр лицо рукавом и перевернулся на другой бок. — Только лошадиных слюней мне не хватало…

— Да и ты, знаешь ли, не мёдом намазан, — неожиданно донеслось сзади.

Таринор изумлённо обернулся через плечо. Всё та же кобыла глядела на него чёрными глазами-бусинами и шевелила ушами.

— Ну, чего уставился? — вдруг проговорили лошадиные губы, и наёмник начал догадываться что происходит. Весной он наверняка решил бы, что свихнулся от одиночества и начал слышать голоса, но теперь происходящему находилось, хоть и одно, но логичное объяснение.