Книга Ни богов, ни королей, страница 152 – Илья Карпов

— А сестрёнка-то у тебя с характером, — покачал головой Таринор.

— Просто она не любит людей, — улыбнулся эльф. — Ей не довелось провести с вами столько времени, как мне. А любой тёмный эльф слышит о людях… Не самые приятные вещи.

— Если б это ещё было неправдой, — вздохнул наёмник.

Искомая речная пещера оказалась сырым известковым разломом, откуда веяло холодом, пахло плесенью и доносилось журчание воды. Элона ловко протиснулась туда и скрылась в темноте, Драм же медлил.

— Значит, прощаемся? — сказал эльф, глядя наёмнику в глаза.

— Похоже на то, — ответил тот. — Свою порцию приключений мы с тобой получили, друг мой. Не знаю, увидимся ли снова, но не поминай лихом.

— Буду поминать только не лихом, — неуверенно ответил Драм.

— И язык бы тебе подучить, — улыбнулся Таринор. Он порылся в сумке и достал квадратную монетку с дыркой посередине. — Вот, держи. Это тебе, талисман на удачу.

— А как же ты?

— Судя по последним событиям, мне он не особенно помогает, — усмехнулся наёмник. — Тебе пригодится больше. Прощай, дружище.

Они крепко обнялись, и Драм исчез в разломе вслед за сестрой. Таринор некоторое время стоял рядом, пока шаги внизу не слились с шумом воды, после чего вздохнул и зашагал прочь.

— Что теперь? — спросил Тогмур. — Обратно в тот большой город? Эгатар или как его там?

— Сперва разыщем Игната, а потом… — Таринор почесал затылок. — Знаешь, я ведь не обязан туда возвращаться. Однорукому на верность я не присягал, а с обещанными мне деньгами Рейнаров и Эльдштернов, думаю, уже пора распрощаться. Да и в Высоком доме мы теперь на хорошем счету. В столице, судя по всему, царит безумие, и вскоре, я уверен, оно захлестнёт всю страну.

— Безумие? — удивился Тогмур. — Я думал, война кончилась.

— Боюсь, что настоящая война только начинается, — нахмурился Таринор. — Гражданская война. И в ней отличить союзников от врагов будет очень непросто.

* * *

Беата Леврайд, несомненно, шла на риск, когда помогала архимагу в его амбициозных планах, и, разумеется, она это понимала. Но не меньшим риском с её стороны было выкрасть тело своего наставника из крепости Пепельный зуб.

Архимаг должен был поддерживать с ней связь через портальную арку, сложенную в башне при помощи мёртвых слуг, но после того, как Вингевельд сказал ей, что во дворе крепости незваные гости, он ушёл и больше не появлялся. Девушка стала волноваться и, в конце концов, хладнокровие изменило ей. Беата знала, что портал в крепость был односторонним, но, не выдержав напряжения, она прошла через него, спустилась по лестнице и обнаружила то, что наполнило её душу леденящим ужасом.

На ступенях лежал скорчившийся почерневший обезображенный до неузнаваемости, у которого не осталось ни одежды, ни волос, ни глаз. Она до последнего отказывалась признавать в нём архимага, но серебряный амулет с аквамарином, что вплавился в грудь, не оставил сомнений. Вингевельд обещал никогда не расставаться с её подарком, и обещание он сдержал.

Не помня себя от горя и ужаса, утирая слёзы дрожащими руками, она затащила тело в башню. Беата решила воспользоваться порталом и переправить себя вместе с телом обратно в Академию. Она применила все свои знания и все силы, чтобы через портал можно было попасть обратно. После этого каменная арка должна была рассыпаться, но возвращаться в Пепельный зуб, это ужасное место, где погиб её учитель, ей было ни к чему. Она тайно вывезла тело архимага из Академии и отправилась с ним на север острова Морант, в густой и непроглядный академический заповедник.