Онлайн книга «Пыль и сталь»
|
— «De fluxis magica». – Маг прочитал вслух надпись на очередной обложке. – Год выпуска неизвестен… Состояние… удовлетворительное. Записал, Эбберт? — Магистр Аронтил… – неуверенно донеслось из-за стола, – как пишется «флюксис»? — О боги, Эбберт… Записывай. Эф, эль, у… – Маркус запнулся. На глаза ему попалась книга с затертой обложкой, которую он не раз видел, наведываясь в гости к другу. То был не фолиант о магии и не монография по истории – ее страницы заполнялись постепенно, день за днем, месяц за месяцем. Это был ежедневник Серхиана. В другой ситуации он бы к нему даже не притронулся, но теперь… — Записал, магистр Аронтил. Что дальше? Но Маркус будто не слышал своего помощника. Пальцы перелистывали потрепанные страницы, перенося мага от одного дня жизни Серхиана в Академии к другому. «Первое занятие» – гласила надпись в самом верху первой страницы. «Рассказать о случае с сыном лорда Найтлинга (без подробностей)» – было написано чуть ниже. Маркус вспомнил, о чем шла речь, и губы сами собой вытянулись в улыбку. «Познакомился с Игнатом. Одаренный(?)» – гласила следующая заметка, пробуждая череду светлых воспоминаний. Если Маркус выступал в роли отца, то Серхиан был для Игната веселым дядюшкой, то и дело подбивавшим мальчишку на авантюры. Но чем больше Маркус вспоминал, тем тягостнее становилось осознание, что эти дни ушли безвозвратно. Печальный вздох согнал улыбку с лица мага. Страница за страницей, заметка за заметкой… «Игнат попал в беду» – короткая фраза, но сколько в ней горечи. «Сберечь не удалось» – эта еще хуже… Дальше Маркус читать не хотел. Он пролистывал целые страницы, пока не добрался до последней записи. «Архимаг отправил на вербовку. Сделать по возвращении…» Дальше шло перечисление учебных тем для студентов, книг для возврата в библиотеку, а в самом конце стояла короткая фраза, нацарапанная явно наспех, почти высохшим пером: «Предложить Маркусу разыскать Игната. Вместе». Сердце Маркуса пропустило удар. Разум судорожно связывал детали в единую картину, пусть пока и нестройную. Серхиан интересовался Аркой, проводил много времени с Игнатом, а в тот злополучный вечер, когда мальчишка стоял у чернокаменной громады вместе с деканом, не проронил ни слова. Только внимательно наблюдал и старательно что-то записывал… Маркус прижал ежедневник к себе и зашагал к выходу. — Магистр Аронтил? – донеслось удивленно сзади. — Прошу, Эбберт, закончи без меня. Уверен, ты справишься. — А та книга у вас в руках… Маркус обернулся на помощника и медленно проговорил, выделяя каждое слово: — Нет. Никакой. Книги. И собери все клочки бумаги с зарисовками. В отчете о них ни слова. — Понял, магистр Аронтил, – заговорщически отозвался камердинер. Голова шла кругом. Сердце отбивало ритм конского галопа. Жизнь наносила удар за ударом, и, кажется, декан уже едва держался на ногах. Маркус поднялся к себе и принялся жадно перелистывать страницы в поисках… он пока даже не знал, чего именно. Арка, Игнат, «печать, не источник», «Одаренный(?)»… Многочисленные записи не давали четких ответов, но все же в голове декана сформировалась логичная догадка: Серхиан искал способ вернуть Игнату магию. «Но ведь это невозможно», – протестовал здравый смысл. За века существования Академии маги не раз пытались обратить процесс вспять. То были мрачные страницы ее истории, поскольку отчаявшиеся, лишенные магии студенты были согласны на все, что давало хотя бы призрачную надежду. В ход шли запретные ритуалы, алхимические снадобья, даже сама Арка… |