Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение, страница 73 – Денис Камков, Александр Камков

При битве с магом других стихий, даже с более сильными или умелыми заклинателями, Огненный взор – это практически стопроцентный шанс для мага Огня, в совершенстве освоившего его, победить в схватке. Ни у одной стихии нет подобного умения, обладающего возможностью использовать одномоментно, полную мощь заклинателя, Все они скованны рамками заклятий, в которых дозировано потребление манны. Только огонь может вырываться напрямую из глаз, ибо они – проводники человеческих чувств. Недаром, в народе есть выражения: сжечь взором, поджечь взглядом, пылающие глаза или огонь в глазах, но никто не слышал: утопить глазами или закидать взором кого-нибудь комками земли. Я был сильно впечатлен подобным умением магов Огня и сделал его изучение – своим личным фетишем, посвятив этому заклинанию массу времени и сил.

Конечно же, на выпускном экзамене мне попался именно он. Раскрывая свой экзаменационный лист, я в этом даже не сомневался. С каждым годом учебы, я все больше подозревал, что Оргус, каким-то невероятным способом, подсовывает мне пергаменты с самыми сложными заклинаниями.

Получив отметку: «сдал» по первым трем предметам, я неторопливо поднимался по винтовой лестнице в зал практики, в своей любимой башне Огня. Мне оставалось сдать последний экзамен по Специализации.

Открывая дверь залы, я, конечно же, надеялся увидеть там Оргуса, но в центре залы стоял Он – Высший Архимага Школы Огня Королевства Пентакор – Агонир Алый.

Это был высокий и крепкий старец, с шикарно выглядевшей седой бородой, доходившей ему до середины груди и такими же седыми волосами, зачесанными назад и далее по спине спускавшимися до лопаток. Светящиеся в полумраке, от света факелов, желтым цветом глаза, смотрели на меня в упор, вызывая инстинктивное желание втянуть голову в плечи, а лучше и вовсе спрятаться туда целиком, с руками и ногами. Алая мантия до пят, будто бы под действием несуществующего ветра, слегка развивалась, заставляя вышитые золотом на ней светящиеся руны огня плясать, подобно языкам пламени. В руках у него был, металлического цвета, начищенный до блеска, длинный посох, на который он сейчас опирался, сложив на его навершие обе ладони, из-под пальцев которых, пробивался рубиновый свет крупного камня стихии Огня.

— Драгорт, как я полагаю? – Глубокий, полный энергии голос, совсем не сочетался с его внешностью, пускай и крепкого, но все же старика. Если не смотреть на говорящего, то услышав его – представляешь себе скорее крупного мужчину, в полном рассвете сил и здоровья.

— Вы абсолютно правы, Архонт. – Я, с трудом поборов робость, сделал в его сторону несколько шагов и замер, вытянувшись по стойке «смирно», на почтительном от него расстоянии.

— Оргус высказывался о тебе весьма лестно, что нечасто можно услышать из его уст, в адрес учеников. Я решил посмотреть сам, на что ты способен. – Он сделал паузу, оглядев меня с ног до головы и продолжил:

— Забудь об этом глупом листке и о том, что там написано! – Он жезлом указал на экзаменационный лист пергамента, который я держал в руках. – А лучше, дай его мне!

Я разжал пальцы, когда папирус, словно ожившая вдруг птица, затрепыхался в моих ладонях. Вырастив крылья, он, вырвавшись на свободу, плавно перелетел на пюпитр Оргуса, за которым он обычно проводил занятия в этом классе. В полете, он настолько плавно, что это было почти незаметно глазу, отрастил шикарный хвост и острый клюв, а приземлившись, встряхнулся как-то весь, разом, распушив, невесть откуда взявшиеся блестящие перья, которые под светом факелов залы, окрасили его в алый цвет. Феникс, а сейчас это явно был он, чинно уселся на крышку пюпитра, стоявшего рядом с Агониром, который от этих всех метаморфоз даже бровью не повел.