Книга Южный континент, страница 52 – Денис Камков

Требушеты, заряженные камнями, обернутыми в ткань пропитанную смолой, а затем подожжённые, выстрелили разом. В небо с воем и шипением понеслись горящие снаряды, чертя дымные, чадящие следы в воздухе. Требушетов у эльфов было всего шесть, но зато они все были хорошо пристреляны, и команда на каждом из них могла сделать не менее одного-двух выстрелов в минуту. Когда горящие камни начали падать посреди лагеря южан, в нем началась паника. Воины выбегали из палаток и шатров, многие из которых уже горели. По лагерю носились обезумевшие гарны, у которых огонь вызывал панический ужас, и они неслись прочь, не разбирая дороги. Рыжие кошки, разбуженные криками, запахом дыма и всполохами горящих шатров, подчиняясь инстинктам, не слушались партнеров по ментальной связи, а тут же нападали на своих извечных врагов – ночных охотниц. Черно-рыжие клубки, с летящими во все стороны клоками шерсти, добавляли хаоса в происходящее.

Гарны бежали во все стороны, а те, что выбрали направление к частоколу и попадали в зону действия баллист, тут же оказывались обстрелянными длинными стрелами с горящими наконечниками. Точность баллист намного превышает требушеты, предназначенные для поражения противников по площади, а эльфы имели достаточное время для тренировок, чтобы не промахиваться. Даже если пораженный огромной стрелой в рост человека гарн не умирал на месте, то он резко менял направление, несясь подобно горящему факелу обратно. Тем самым добавляя огня и паники в уподобившийся, разворошенному горящим факелом муравейнику, лагерь южан.

Крики, стоны горящих и умирающих, злобное рычание кошек лишившихся своих Говорящих, или пришедших в неуправляемую ярость, блеяние и вой гарнов наполняли лагерь, чадно полыхающий под ночным небом. Вонь горящей шерсти, расползающегося на огне шелка, обугленного мяса, крови, испражнений и копоти, смрадным пологом покрыл всю площадь ночной стоянки. Везде были разбросаны прилетевшие с неба горящие булыжники, обломки каркасов шатров, трупы, раненные, догорающие останки гарнов, растерзанные кошки и обломки амуниции.

Вождь племени, чудом уцелевший в этом хаосе, с перевязанной рукой и замотанной какой-то тряпкой наспех головой, из-под которой торчали горелые пакли волос, шел по дымящимся руинам некогда гордого лагеря, пинками и окриками заставляя командиров и бойцов, навести хоть какой-то порядок и заняться спасением живых людей и имущества. Лагерь переезжал подальше от частокола, за пределы наконец-то переставших метать огненные болиды требушетов.

Лендолас стоял на площадке одной из башен и пытался в рассветных сумерках подступающего утра оценить оставшиеся силы южан. Если гарнов и немногих уцелевших Говорящих, одетых весьма характерно еще можно было подсчитать, то определить количество способных держать оружие воинов, снующих туда-сюда под грозными очами командиров, он смог прикинуть только приблизительно. Картина складывалась такая: Воины, включая лучников – три сотни, гарны – пять десятков, Говорящие – четыре десятка. С таким количеством противника можно было уже не опасаться разгрома, но силы южан все еще оставались достаточно опасными.

Надо отдать должное южанам, в себя они пришли быстро. Перегруппировавшись и оказав друг другу посильную в полевых условиях медицинскую помощь, заключающуюся в перевязке и смазыванию ран каким-то густым отваром, они выстроились атакующим строем, и пошли на штурм. Строй был традиционным: двухрядная цепь гарнов с седоками, за которой бежали копейщики, сабельники, а следом лучники, не поместившиеся на спинах гарнов. Замыкали атакующие ряды Говорящие со своими кошками, многие из которых имели рваные раны и подпаленные шкуры.