Книга Влюблюсь. Женюсь. Не разведусь, страница 12 – Анелия Чадова

— По делу, — важно кивнула Людмила, подарив ему ослепительную улыбку. — Мы вчера простились на не позитивной ноте. Я понимаю, что мы оба уставшие были, поэтому претензий тебе предъявлять не буду, но на будущее прошу: такого хамского поведения больше не позволяй себе.

— Никакого поведения не будет, Люська. Я тебе русским языком вчера сказал, чтоб больше ко мне не приезжала. Что непонятного? Зачем явилась?

Мужики за спиной разом притихли. Ага, как же: горячие новости и новые сплетни — к ним никто из деревенских не мог остаться равнодушным. Вечером уже всё село будет перемывать им косточки. Людке глубоко безразличны разговоры и мнение бывших односельчан, а вот его с завтрашнего дня будут донимать расспросами и подколами все, кому не лень. А не лень абсолютно всем! Надо же хоть как-то веселиться в их захолустье.

Сам виноват.

— Я думала, ты пошутил, — растерянно захлопав ресницами, выдала Пегова.

— Разве я улыбался? Или работаю клоуном? Не унижайся, Люськ, иди отсюда.

— Не Люська я! — вспыхнула она.

— Так и я не автоответчик, чтобы повторять тебе одно и то же. Иди отсюда.

— Каким был деревенщиной, таким и остался! — выцедила она и, картинно развернувшись, повиляла обратно, едва не грохнувшись на пятую точку.

Войнов злорадно усмехнулся.

И стоило приезжать?

Аппетит на этот раз у него не пропал. К её появлению он был готов. Тем более предсказать её поведение несложно.

Удивило то, что мужики не лезли в душу с нравоучениями и своим любопытством. Только Кротов уважительно кивнул. Двое других глядели на него изумлённо. Не ожидали? Он сам от себя не ожидал, что так долго затянет эти токсичные отношения. По-первой думал, что вновь связался с ней, чтобы пар спустить, да и любил он стабильность. Знал её, её предпочтения, она знала его как облупленного. Всё устраивало. Заигрался, в общем.

Или обленился.

Последующий звонок от матери все нервы вымотал. Слава богу, хоть речь шла не о Пеговой. Иначе бы психанул ещё пуще утреннего. Что ж она так любит своего младшенького? Непутёвый же он. Только и может, что строить воздушные замки да спускать на гульки все деньги.

Дальше — хуже. Вечером, стоило ему только переступить порог собственного дома, как прибежала несостоявшаяся тёща. Причитала, ругалась, заламывала руки и слёзно просила его одуматься.

Дурдом какой-то, ей-богу.

Это не день, а серия из бразильского сериала, который любила смотреть его бабушка, когда он ходил пешком под стол.

Захар устало смотрел на женщину и серьёзно обдумывал, не нагрубить ли ей. Ни разу никому из старшего поколения и слова неуважительного не сказал, а тут едва сдерживал язык за зубами. Почему она опять пришла к нему, а не стала учить уму-разуму свою дочь? Неужели у него на лбу написано жирными буквами «БЕСХРЕБЕТНЫЙ»?

— Идите домой, Ольга Витальевна, — устало оборвал он её на полуслове.

И та как-то враз сдулась, что удивительно. Замолчала и уставилась на него пристально. Сверлила шокированным взором с минуту, потом кивнула и ушла, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью.

Он же прошёл на задний двор, посмотрел на огород, прошёл по узкой тропинке через него к соседскому участку. Ограждения они ещё не установили — соседи появились у него относительно недавно. С женщиной-соседкой Захар даже успел завязать приятельские отношения. Её супруга за последние месяцы видел всего два раза. Там такой колобок, что удивительно, что вообще из дома выкатывается.