Книга Развод. Цена одного решения, страница 19 – Софа Ясенева

Он некоторое время смотрит на меня, оценивая, насколько я серьёзна. И, видимо, что-то в моём лице его всё-таки останавливает.

— Оль, если это опять…

* * *

Дорогие читательницы,

В литмобе "Врачебная ошибка" вышла новинка

Агата Ковальская "Развод. И жили они долго... но не вместе"

https:// /shrt/wvDa

… — Вы веселые, — горько усмехнулась я, — Вам весело даже тогда, когда ваши близкие плачут от боли… Лель, ну ладно — папа. Он мужчина, у которого… крышу снесло от собственной “крутости”, но ты?! Ты тоже его поддерживаешь? — Я хотела спросить: “А я для тебя кто, Лель?” — но не спросила. Потому что боялась ответа. — Лен, отстань от девочки, — бросил мне Андрей, — Она тут ни при чем. — Именно, что ни при чем. — кивнула я, — Но ты зачем-то втянул ее в эту… грязь. Как ты мог? Зачем, Андрей?

Идеальное утро. Завтрак на террасе. Пионы в вазе. И слова мужа: "Я подаю на развод". Но хуже всего не это. Хуже, когда дочь, усмехнувшись, уходит с ним.

— Стой. Просто помолчи сейчас. Мне и так непросто.

Рома уже открывает рот, но осекается, сжимает челюсть и откидывается на спинку стула. Взгляд становится тяжёлым, нетерпеливым. Он явно готовится услышать что-то неприятное, но, кажется, даже близко не представляет, насколько.

— У нас случилось кое-что с твоей спермой, — слова даются с усилием, я их буквально выталкиваю из себя. — По ошибке её использовали при проведении инсеминации пациентке.

— Каким образом, Оль? Это же исключено.

— Да, я понимаю, — быстро киваю. — Обычно такого не происходит. Я всё перепроверяла. Обнаружили это только на следующее утро.

Его лицо меняется. Резко.

— Тогда зачем ты тянула? — в голосе уже слышится раздражение. — Не могла сказать сразу?

Я опускаю взгляд, чувствуя, как к горлу подкатывает тяжесть.

— Прости…

Это звучит жалко даже для меня самой.

— Полный пи*дец!

Он резко встаёт, стул с глухим скрежетом отъезжает назад. Я вздрагиваю.

Рома идёт к бару, открывает его слишком резко. Достаёт бутылку коньяка не глядя, хватает первую попавшуюся стопку. Наливает почти до краёв, рука чуть дрожит.

И сразу же выпивает. Даже не морщится.

Я же как статуя, не двигаюсь, только слежу за каждым его движением.

Он ставит стопку обратно, сжимает пальцами край стола, потом снова поворачивается ко мне.

— Пациентка в курсе?

— Ещё нет. Но завтра у нас с ней встреча. Будет Артёмов. Постараемся уговорить её не подавать в суд.

Он коротко усмехается.

— Нам очень повезёт, если она решит замять ситуацию.

Я молчу, потому что понимаю — он прав.

— Вдруг они хотели определённого донора?

— Хотели, — тихо отвечаю, опускаясь на стул. Сил стоять уже нет. — Тщательно выбирали.

Перед глазами всплывает лицо Анастасии, её внимательность, вопросы, сомнения.

— Она пересмотрела каталоги вдоль и поперёк раз сто…

Голос срывается.

Рома проводит рукой по волосам, начинает ходить по кухне короткими шагами, как в кабинете у Артёмова.

— То есть ты хочешь сказать, что какая-то женщина сейчас может забеременеть от меня?

Я поднимаю на него взгляд.

— Да.

Он останавливается.

— Охренеть, — выдыхает, но без эмоций. Слишком спокойно. — И какие шансы по твоим оценкам? — спрашивает спустя секунду, уже более собранно.

Я автоматически включаюсь, как врач.

— Ниже, чем при ЭКО. Это инсеминация. Но шанс есть.