Книга Серая шейка. Непридуманная смерть, страница 42 – Груша Ерофеева

И вдруг степь!

На первый взгляд тоска и однообразие.

Не сразу я прониклась красотой степи. Неяркой. Её нужно было наблюдать сосредоточенно, не спеша. И тогда степь показывала свою красоту: волну ковылей под ветром, скромный цветочек среди камней, неожиданное гнездо незнакомых мне птиц. Бескрайнее небо над головой.

Степь нужно слушать. Молчать и видеть.

Прошлись по сакральным для местных кочевников местам. Здесь якобы родина Чингис-Хана. Каждый камень так или иначе связан с его именем. И сам он захоронен вместе с сокровищами именно здесь, на дне вот этой самой великой степной реки, которую отвели временно, чтобы спрятать могилу, и после вернули реку в прежнее русло. Тайну захоронения укрепили смертями. Убили всех, кто захоронил. Даже животных.

Возвращались мы весело.

Полдороги ехали за военным автобусом с полностью затонированными стеклами. Я боялась обгонять его на своей праворульной малолитражке. Дорога узкая в две полосы. Встречка не просматривалась. И мощности двигателя не хватит, чтобы рвануть. А девчата мои хохотали неудержимо, придумывая разные варианты нашей «слежки».

Не успела отдохнуть после дороги, и меня позвали в новый путь — тоже в степь. На границу с Монголией. На территорию заповедника. И я еду пассажиром.

И вот тут я влюбилась в степь окончательно.

Одно дело, когда ты просто наблюдаешь. Другое — когда тебе ученые показывают, как, что и почему. И тогда открываются тайны степи. Незаметные поверхностному взгляду.

Мы ходили по степи осторожно. След в след. Оберегая от нашего людского присутствия нетронутые просторы. Бродили по дну озера, которое высохло сейчас почти целиком, а во влажные годы оно огромное и становится местом отдыха для десятков видов перелётных птиц. Побывали на древнем скальном массиве. Когда-то лучшие драгоценные камни Российской империи добывали здесь. И сейчас я запросто пинаю на дорожке кристаллы раухтопаза. Но поднимать с земли ничего нельзя. И уходить от обозначенной дорожки тоже. Заповедная территория!

Вернулась я домой почти здоровым человеком! Нельзя сказать, что полным жизни. Но и не куском боли.

Дорога и новые впечатления как тёплый дождик для моей заплеванной родными людьми души.

Моя жизнь не закончена!

Она может быть интересной и без семьи. Да чего там... Без семьи она куда интереснее! Я ведь годами из дома не осмеливалась уйти надолго, переживала, кто же подаст вовремя Кириллу обед, кто принесет кофе... Глупая, глупая Маша... Сама обворовывала себя.

А бывшеродные и бывшелюбимые словно чувствуют моё освобождение.

Бывшеродные и бывшелюбимые словно чувствуют моё освобождение.

Однажды утром меня будит телефонный звонок. Мама практически в истерике. Что непривычно. Она редко теряет самообладание. Вчера отец ушел на очередное заседание суда, где он ответчик в уголовном деле о причинении тяжких телесных. И не вернулся. Телефон не отвечает. Произошло что-то страшное! Надо искать! И сделать это могу только я.

Начинаю поиски. Журналистский опыт и наглость лезть туда, где тебе не рады, помогают мне. Пара часов на телефоне, и я обнаруживаю своего папу в психиатрической больнице!

Еду туда. По дороге заезжаю к маме — у нее готова сумочка со сменной одеждой и гигиеной для больницы. Она всё знала! Прекрасно знала, где он! А мне наврала. Заставила искать его, обзванивать морги. В очередной раз разыграла меня как бесправную пешку на шахматной доске.