Книга Жемчужина моего сердца, страница 48 – Юлия Эллисон

— Знаешь, — сказала она, когда ее веселье резко закончилось на слегка истеричной ноте — недовольство женщин я научился вычленять давно, еще в первые годы владения гаремом, правда именно с такой реакцией на мои слова точно сталкивался впервые, — я на месте твоей половинки слала бы такого женишка подальше и поглубже, — слегка зло высказалась она, заставив мое сердце оборваться. — У нас в мире женщин, которые со всеми спят, обычно проститутками обзывают и не уважают их. Так вот, мужчин, которые делают то же самое, я так же не уважаю.

Она резко встала и поправила на плечах теплое одеяло моей матушки.

— Я не напрашивалась в этот мир и, по правде говоря, жить тут совсем не хочу. Все это, конечно, красиво и волшебно, но дома у меня возрастные родители, работа и своя жизнь, которую я совсем не готова терять. Извини, если обидела, но полагаю, что задушевные беседы под луной — не мое. Бассейн я сделаю, если ты действительно этого хочешь, но после не хочу оставаться ни в этом мире, ни в этом бездушном дворце, полном слуг, золота и фальши. Если не могу попасть обратно домой, то уйду путешествовать. Профессия есть, не пропаду. Наверняка многим хотелось бы красиво обставить комнаты. Спокойной ночи, ваше гаремное владетельство.

Я опешил, ощущая, как мое сердце сжимается от боли, глядя, как жемчужина уносит вместе с собой и матушкино одеяло, и мои надежды на то, что завоевание своей половинки будет вовсе возможным. И, похоже, дело вовсе не в том, что я напугал ее поначалу или оскорбил своим поведением. Она в целом не приемлет нашего образа жизни, и надо это как-то исправить…

Прикрыл глаза, подставляя лицо свежему бризу. Надо просто набраться терпения и придумать способ понравиться ей. Хоть немного.

Это было какое-то издевательство! Утро определенно не задалось — я не выспалась, не смогла справиться с длинной гривой тяжелых волос, не смогла ощутить чистоты зубов с этими их странными порошками и полоскалками, вместо нормальной пасты и зубной щетки с ниткой. Затем мне опять притащили дурацкое платье, зачем-то вручили целую шкатулку украшений, указали на недопустимость хождения в удобной обуви за пределами дворца…

Я в который раз поправила платье и с раздражением посмотрела на спокойно вышагивающего рядом дракона. Похоже, скоро у меня начнутся «эти дни», иначе ничем не объяснить паршивое настроение что вчера вечером, что сегодня утром, хотя обычно я не обращала внимания на небольшие невзгоды. И, следовательно, вырисовывалась новая проблема — узнать, как местные девушки с этим справляются.

Сора, которую утром спросила об этом напрямик, лишь выпучила глаза и смущенно промямлила что-то невнятное, из чего я сделала вывод, что она мне определенно не помощник. То есть надо было искать другой вариант. И из доступных пока был только Дарвиэль. Только вот я переживала, что если уж девушка в этом мире так отреагировала, то какова же будет реакция мужчины… Наши-то, современные, и то этой темы чураются, как огня.

Туфли жали и терли, подол платья лез и путался в ногах, всунутая мне в волосы заколка, призванная утихомирить эту гриву, кололась и тянула висок.

— Тебя что-то беспокоит? — спокойно уточнил Дарвиэль, словно прочитав мои мысли, пока я рассматривала огромный ряд загонов для лошадей, пытаясь понять, зачем я здесь. В нос ударил запах конского пота и свежего сена. Это напомнило, как мы с двоюродной сестрой летом жили у бабушки в деревне, где был коровник. Там тоже пахло подобным образом.