Книга Пышная Света #звездаРунета, страница 18 – Лена Харт

— Ясно-понятно, — говорит он, и в его голосе мне чудится насмешка. — А телефон тогда зачем в руке сжимаешь?

Его слова бьют точно в цель, и я опускаю взгляд на собственный айфон, в который и правда вцепилась так, будто он спасательный круг посреди этого деревенского океана. Спешно прячу бесполезный кусок пластика в карман.

— Привычка, — бормочу.

Трактор снова подпрыгивает, и на этот раз моя ладонь ложится прямо на рычаг коробки передач, как раз в тот момент, когда он собирается переключить скорость. Его большая, горячая рука накрывает мою.

Рёв мотора отходит на задний план. Пульс сбивается с ритма. Остаётся только его рука на моей и вибрация рычага. Я ощущаю каждый загрубевший мозоль на его ладони, каждую линию, каждое сухожилие. Он не убирает руку. И я не убираю.

Мы едем так несколько секунд, которые кажутся вечностью. Боюсь поднять на него глаза, боюсь увидеть там насмешку или раздражение. Но когда я всё-таки решаюсь, то встречаю его взгляд. Тёмный, глубокий, как омут.

Клим очень медленно отводит взгляд и возвращает его на дорогу. Его рука так же неспешно переключает скорость и соскальзывает с моей ладони. Трактор дёргается, продолжая путь.

А я сижу, как громом поражённая, и на моей коже всё ещё горит фантомное тепло его прикосновения.

СВЕТЛАНА

Остаток пути до Верхних Оврагов мы преодолеваем в наэлектризованном молчании. Напряжение в кабине такое плотное, что хоть ложкой черпай и на хлеб намазывай. Я вжимаюсь в сиденье, а на коже ладони до сих пор горит фантомное тепло его прикосновения. Взгляд скользит по окну, по проплывающим мимо унылым пейзажам, но перед глазами стоит только одно: его рука, накрывающая мою.

Клим не произносит ни слова. Он снова превращается в гранитную статую, сосредоточенную на дороге, и лишь упрямо сведённые челюсти выдают, что он тоже не в нирване. Что это было? Случайность? Неловкий момент, который он уже забыл? Или…

Света, стоп. Нужно стратегическое отступление и перегруппировка сил. Это просто поездка за ТЭНом. И шоколадкой. Обязательно нужно помнить о шоколадке.

Верхние Овраги встречают нас асфальтом. После часа тряски по грунтовке ровная поверхность под колёсами ощущается как чудо господне. Наш зелёный левиафан с грохотом паркуется у главной достопримечательности посёлка — магазина «Пятёрочка». Стеклянные двери с наклейками «АКЦИЯ!» выглядят порталом в другую вселенную.

— Я быстро, — говорит Клим. — За соляркой и обратно. Справишься?

Справлюсь ли я в «Пятёрочке»? Милый, я в таких местах могу выжить во время зомби-апокалипсиса, имея в кармане только бонусную карту.

— Не впервой, — отвечаю, стараясь выглядеть невозмутимо.

Он уходит, а я выпрыгиваю из кабины, чувствуя себя космонавтом, ступившим на незнакомую планету. Автоматические двери с шипением разъезжаются передо мной, и я вдыхаю божественный, священный запах цивилизации: смесь бытовой химии, дешёвой выпечки и кондиционера.

Беру корзинку и медленно бреду вдоль полок, как по залам музея. Голова, делавшая за последние сутки выбор между «есть яйца» и «не есть яйца», испытывает системный сбой. Йогурты! Двадцать семь видов йогуртов! С бифидобактериями! Для комфортного пищеварения! Йогурт, который обещает сделать меня такой же счастливой, как та женщина на упаковке. Хочется лечь на холодный пол молочного отдела и разрыдаться от всего этого изобилия йогуртового рынка Верхних Оврагов.