Книга Перерождение императрицы, страница 34 – Ансия Рете

— Зачем ты вызывала ее? Ради причёски? — Девушка подошла к сестре, видя, как та сжалась от страха. — Или хотела таким образом позлить меня? Элиза, у тебя больше нет сил, чтобы противостоять мне, и ты подумала, что оскорблять мою доверенную служанку - хорошая идея?

— Все слуги в этом доме служат нашей семье. У нас нет разделения на ваших и наших.

Жёсткий, как сталь, голос Матильды заставил Рубелию усмехнуться.

Наша семья.

— Так или иначе, ты не имела права наказывать ее не по правилам поместья Грохмат. Насколько я помню за такой мелкий проступок, как случайный маленький ожог, полагается лишить служанку ужина. Я права, графиня?

Она обернулась, бросая взгляд на Матильду. Если бы та ещё знала правила этого дома.

— Может, нам обратиться в суд, чтобы он разъяснил вам наказания, применимые к служанкам?

Пусть голос Рубелии и звучал выдержано, в душе у нее сидел вихрь злости и ненависти.

— Это всего лишь прислуга, — фыркнула Элиза, словно говорила не о человеке, а о муравье. — Столько стараний ради служанки?

Губы девушки скривились, когда она ответила.

— Но если даже графиня старается ради такого низкого и мерзкого человека, как ты, то почему бы мне не заботиться о верной служанки?

Взгляд Элизы стал странным. Она смотрела на сестру, не веря, что та нашла такие грубые слова.

Низкий и мерзкий человек? Как она может, эта девка, говорить подобное в ее сторону?

— Думаешь, это сойдёт тебе с рук?

Кричала Элиза, намереваясь схватить Рубелию за волосы. И ей почти удалось, она сорвала с головы сестры заколку, оцарапав себе руку.

— Только ты такая хорошая и правильная, истинная леди Грохмат? Я, — Элиза тыкнула с силой в грудь. —Я леди Грохмат. Отец признал меня. Какого это осознавать, что он никогда тебя не любил? И был готов принять чужого ребёнка вместо тебя?

Рубелия молча смотрела на истерику сестры, пока Матильда пыталась ее успокоить.

— Пусть он и любил тебя больше меня, но место, которое ты так отчаянно пытаешься занять, всегда будет принадлежать мне.

Графиня смотрела на падчерицу, надеясь испепелить ее. Она была права, когда сомневалась на ее счёт. Пусть Рубелия и вела себя тихо, как мышь, она всегда оставалась гадюкой, как ее мать.

Матильда подошла к девушке, оставляя рыдающую дочь позади.

— Не зависть ли тебя гложет, Рубелия?

Девушка кинула на графиню насмешливый взгляд.

— Зависть? Императрица будет завидовать дочери барона?

Матильда сжала руки. Она хотела стереть эту ухмылку с ее лица. Почему даже когда она стала графиней, все намереваются напомнить ей откуда она. Прошли годы, но почему тень прошлого брака все ещё витает над ней и ее дочерью?

— Элиза - дочь графа Грохмата. Все это знают.

Девушка посмотрела на свою тихую сестру, сидящую на стуле. Казалось, она ещё не отошла от своей ярости.

— Удочеренная. В ней ни капли крови Грохматов, как и достоинства аристократки, — каждое слово Рубелии резало по сердцу Элизы. — Хотелось бы узнать, графиня, вы совсем не занимаетесь воспитанием дочери, прогуливая свою жизнь в казино?

Глаза Матильды расширились, стоило ей услышать слова падчерицы.

— Да как ты смеешь?

Она сама не осознала тот момент, когда подняла руку, намереваясь ударить Рубелию. Однако та не отступила. Девушка схватила графиню за тяжелую руку, резко придвигая женщину ближе.