Книга Персонаж, страница 34 – Павел Ковезин

— Правда?

— Я тогда была с подругой, и как-то, стоя у кассы, взяла жвачку и положила её в карман. Не знаю, зачем я это сделала. Я была маленькой и глупой. И, в общем, мама, когда увидела жвачку, начала выяснять, откуда у меня на неё деньги. И я ничего лучше не придумала, чем сказать, что мне её кассирша подарила.

— Кассирша подарила? Ты серьёзно?

Она истерично засмеялась и посмотрела на меня.

— Ну, так я же глупенькая была. Ничего лучше мне в голову не пришло. И что ты думаешь? Мама начала спрашивать, что за кассирша и в каком магазине.

— И чем всё закончилось?

— Да ничем, – отмахнулась Настя. – В магазин мы разбираться так и не пошли. А ты что-нибудь тырил?

— Да так, тоже в детстве пару сладостей прихватывал, – улыбнулся я, – но не более.

Именно в этот момент в магазин вошёл молодой человек с ребёнком. На нем была обвисшая белая футболка и широкие штаны. Волосы торчали во все стороны, взгляд молниеносно бегал по магазину. Он даже не вошёл, а буквально ворвался. Ребёнок бегал за ним. Мы с Настей озадаченно переглянулись. Я встал и решил проследить за ним, чтобы он ничего не выкинул. Доверия он не вызывал. Парень резко нагнулся, взял с нижней полки залежавшуюся там колоду карт и кинул её на кассу. Тяжело дыша, он расплатился за карты, взял их, схватил ребёнка за руку и выбежал из магазина.

— Он случайно не перепутал книжный с аптекой, а карты – с презервативами?

— Ну, может ему приспичило в карты поиграть. А может, он увидел тебя, испугался и передумал что-нибудь тырить, – ответила Настя.

— Ага, сейчас бы меня испугаться.

— А здесь у нас каждый день воруют, ты в курсе?

— Да, мне уже Света рассказала про злых школьников и наркоманов.

— Ха! Это да, а ещё у нас здесь одно время был чуть ли не притон.

— Притон? – удивился я.

— Те же наркоманы делали в книгах закладки. Потом кто-нибудь приходил и забирал клады. Но их потом поймали.

Я на некоторое время задумался об этой ситуации.

— Да, наверное, весело купить книгу с наркотиками внутри.

— Ага, – саркастически сказала Настя. – Кстати, а что ты вчера рисовал в блокноте? – вдруг повернувшись на стуле, спросила она.

— А, да так, ерунда, – отмахнулся я.

— Да я всё видела, показывай, – Настя протянула руку и улыбнулась.

— Ладно, – я просверлил её взглядом и достал из кармана маленький листок, который каким-то чудом ещё не успел выкинуть, – держи, это тебе.

— Заяц? – она расплылась в счастливой улыбке. – Как мило. Пожалуй, я это сохраню.

Мы обменялись быстрыми взглядами и продолжили работу.

Я подарил ей рисунки и на третий и на четвёртый день моей стажировки. Это уже превратилось в традицию. Рисовал я их заранее дома или прямо в магазине, пока никто не видит, – не имело значения. Это были милые миниатюры о нашей скучной жизни. Человечки, зайцы, сердечки, шарики и всё в этом духе. Она радовалась и забирала их с собой домой. Я не хотел клеиться к ней, строить отношения и влюбляться. Мы просто спасались от одиночества в этом царстве книг и бесконечных ластиков. Всё, что мне было нужно – раз в день рисовать рисунок и дарить Насте. Это был словно какой-то ритуал, про который знаем лишь мы. В остальном же, мы обсуждали покупателей, смеялись над неадекватами и переставляли с места на место книги.

На пятый день мы вместе закончили рабочий день и вышли из магазина. Точнее, сначала вышла Настя, а я, сбегав за вещами и попрощавшись со всеми, выбежал за ней. Я догнал её на перекрёстке, она стояла в ожидании, когда загорится зелёный на светофоре.