Книга Трясина, страница 75 – Борис Саркисов

Ее лицо озарила лукавая улыбка:

— За это стоит выпить. Но мне не столько лет, чтобы вы обращались по имени-отчеству.

— А сколько?

— Тридцать шесть, — сказала она и с укором посмотрела на собеседника. — Вы всегда спрашиваете возраст у женщин?

— Всегда. Это помогает строить отношения.

— Согласна.

— А что, если я попрошу вас сотрудничать со мной, — неожиданно предложил Жан. — Вы хорошо, знали Рэма, а мне иногда не достает прямых или косвенных фактов, связанных с этой почти мифической историей. И тут ваши консультации будут кстати.

— Думаю, что срок ожидания ответа вас не устроит.

— Я терпелив.

— Тогда с чего начнем? — спросила она.

— С того, что выпьем за сотрудничество.

И они выпили по стопке коньяка.

— А теперь я хочу, чтобы Зинаида рассказала о себе.

— Попробую, — ее глаза бросили на него мягкий зеленоватый свет. — Но предупреждаю: история моей жизни слишком банальна. Закончила строительный институт. Кстати, там мы с Рэмом вместе учились, но на третьем курсе он бросил институт и куда-то бесследно исчез. По крайней мере для меня. В то время моя семья жила в Звенигороде. Когда мне было двадцать четыре, родители разошлись. Видимо, на этой почве мать спилась. Отец куда-то уехал, и я, можно сказать, осиротела при живых родителях. Жила в студенческом общежитии. Из родных осталась у меня сестра, сейчас она проживает в Москве.

— Вы были замужем?

— Была… Вышла после окончания института.

— И…

— Наверное, не того выбрала. Он мечтал о дальних путешествиях. Когда выбился в ранг капитана и начались его загранплавания, отношения наши резко обострились. Словом, через три года разошлись. Как видите, ничего интересного.

— А как вы сошлись с Рэмом?

— Спустя почти десять лет мы случайно встретились в городе. Не скажу, что он предстал передо мной прежним красавцем, но в обаянии ему нельзя было отказать. Он знал это и умело пользовался своим даром. Рэм предложил мне дружбу, которая как-то сразу обернулась в самые тесные отношения. Был добр, отзывчив, внимателен ко мне. Постоянно бывал у меня дома, даже ключи от квартиры ему доверила. Сам делал у меня ремонт, покупал мебель и обставлял комнаты. Словом, жили как муж и жена. Была только одна странность в наших отношениях: по его настоянию вдвоем мы никуда не выходили. Подозреваю, что он по каким-то причинам не хотел, чтобы нас вдвоем кто-либо видел.

— Вы знали, чем он занимался?

— Скрытным был, о работе не любил говорить. Но, судя по всему, зарабатывал хорошие деньги… Думаю, грязные.

— Что вы имеете в виду?

— Не слишком ли вы любопытны?

— Такова моя профессия. Да и что тут скрывать, если Рэм на небесах?

— Ладно уж… Думаю, на наркотиках наживался. Дважды обнаруживала у него тюбики и пакетики с этим зельем.

На какое-то время она умолкла. Ей показалось, что она допускает оплошность, сообщая в открытую подробные сведения. В то же время ей хотелось быть откровенной, потому что постоянно из темного кошмара ее памяти всплывали зловещие образы Шалого и Плюща, хотелось подавить в себе страх перед угрозой, нависшей над сыном.

Жан не мог не заметить ее легкого замешательства и поспешил возвратить ее к разговору.

— Зинаида, вы ничего не сообщили необычного, а лишь подтвердили мои подозрения. И за это — огромное спасибо…

Теперь он вынужден был прервать разговор на середине фразы, так как в зал заглянула знакомая девушка. Жан поднял руку: