Книга Трясина, страница 215 – Борис Саркисов

— Ваша шайка, как мне кажется, так и напичкана идеями?

— Что вы имеете в виду?

— Загадочное перевоплощение гроба, о чем писалось в «Городских новостях».

Она усмехнулась.

— И тут никакой мистификации. Это Рантик постарался. Он дал Плющу ключи от Светланиной квартиры и попросил его ночью обить гроб темно-коричневой тканью, чтобы придать этой истории мистический характер. Мол, пусть ищейки свои головы поломают над этим. Просто отвлекающий маневр.

— Я так и предполагал, — улыбнулся Жан.

Закончив разговор, старший следователь тут же позвонил дежурному и к попросил сопроводить заключенную обратно в изолятор.

Когда она исчезла за дверью, он бросился в лабораторию, но Королева там уже не было. Это выглядело странным и непривычным: ни Маркина, ни Королева, никого из сотрудников управления, кроме секретарши Катерины. — Возвратившись к себе, он зло усмехнулся:

— Леши нет.

— Слинял вовремя, — резюмировал Вадим.

Зазвонил телефон. Жан поднял трубку:

— Алло!

— Осипов?

— Да.

— Это Королев. Нахожусь на Малой Балке по срочному вызову. Возглавляю экспертную группу. Убит подполковник Сергей Георгиевич Маркин.

Жан, растерянный, бросил трубку и уставился на Вадима:

— Убит Маркин.

36

К Кассандре тихо, будто на цыпочках, подкрался удивительный сон. Веки, прикрывавшие большие голубые глаза, едва вздрагивали от острых ощущений.

… Комнатка, окутанная призрачным туманом, плавно, словно облачко, подгоняемое легким дуновением ветра, витает в холодном звездном пространстве. В окно, с его матовым очертанием, вползает звонкая тишина. Звезды, слетаясь одна к другой, создают образ парящей, женщины и тут же разлетаются в разные стороны.

Она отрывает взор от окна. Поднявшись на стул, снимает со стены фотографию матери и всматривается в ее лицо. Представление о ней приобретает чуть ли не магическое значение. Но какая связь между ней и только что исчезнувшей женщиной? Не найдя ответа, открывает платяной шкаф, берет оттуда сиреневую накидку, набрасывает на себя и босиком направляется к двери. Неужели и там, за порогом комнатки, ее ждет холодное пространство? Неужели и там не покинет ее чувство безмерной тоски и отрешенности?

Десятки догадок и домыслов мучают её, возбуждая то ревность, то лихую неопределенность, то предчувствие беды. Если Мидас действительно мой брат, то как я смела столько дней и ночей предаваться его ласкам? Почему отец скрыл от меня тайну смерти матери? Казалось, что все дворцы, возведенные ее пылким воображением в болотном царстве, вот-вот рухнут, разверзнется трясина, чтобы поглотить их. Она проклинала себя за излишнюю преданность, за безропотную доверчивость человеку, которой являл собой воплощение честности и порядочности. Действительность же оказалась жестокой, подобной коварной мачехе. Она почувствовала это явственно, всем сердцем, но ей постоянно не хватало сил разобраться в путанице своего происхождения, а получить ответ от отца она теперь не надеялась.

Печальное открытие обесценивало все ее иллюзии, весь этот хрупкий хрустальный мир, в котором она пребывала много лет. Казня себя, она в то же время никак не могла избавиться от чувства тяжелой, неотвратимой утраты…

За дверью пряталась неизвестность.

В коридоре темно и тихо. Босые ноги несут ее в комнату Мидаса, хотя она знает, что его там нет. Дверь открыта настежь. Нашарив на столике спички, зажигает свечу в канделябре. Тусклый свет разливается по комнате. С фотографией матери в руке прошуршала по оранжевой дорожке и вдруг вздрогнула: что-то чешуйчатое и крылатое, встрепенувшись, вспорхнуло и, рассекая воздух, с шипением вылетело в окно. Сердце забилось гулко, казалось она не выдержит напряжения. Нет, я не во сне, убеждала себя… А может быть,. В голове яркими вспышками замельтешили картины ужасов, вызывая страх, дрожь во всем теле.