Книга Трясина, страница 196 – Борис Саркисов

Лиля под общий взрыв смеха зажглась в широкой улыбке и поглядела на своих подруг.

Конечно, это он, — осмелела Гортензия и вплотную приблизилась к Рэму, ткнула пальцем в родинки чуть ниже пупка. — Тут не обязательно ходить к гадалке — именно таким он мне запомнился. — Она неожиданно замолчала, видя, как Рэм пристально рассматривает ее пышные бархатистые бедра, точно никогда не видел и не прикасался к ним, потом снова гоготнула: — Такие детали принадлежали только ему… И никому больше.

— Хотите еще доказательство? — вступила в разговор белокурая Роза с явным желанием подогреть интерес.

— Хотим! — почти хором отозвались присутствующие.

Выдержав на себе обжигающий взгляд пленника, Роза легкой походкой направилась к стулу, на спинке которого висела ее сумочка, достала оттуда фотографию и, вернувшись на место, поднесла ее к глазам Рэма.

— Будешь отрицать, что это мы с тобой?

— Буду, — ответил он коротко и ясно.

— Смотри повнимательнее: это мы вдвоем развлекались в моей квартире.

— Это Рэм, а не я, — уверенно сказал он.

— Хватит придуриваться, — раздраженно бросила она. — Ты выдал себя с головой еще и тем, что взял фотографию левой рукой, а Рэм был левшой. В Она сделала небольшую паузу. — И еще: у Рэма была наколка на левой ягодице — русалка с загнутым хвостом. А ну-ка встань.

Мидас, несмотря на бурный поток насмешек, держал себя с достоинством. Не судьба, а он сам забросил себя в этот греховный мир, где все продается и покупается — и честь, и совесть, и любовь. Он поднялся по ее просьбе, и все увидели то, что жаждали — русалку на левой ягодице.

— Именно таким он и выглядел в постели? — улыбаясь, спросил Рантик.

— Именно, — без всяких колебаний и тени смущения ответила Роза, завершив свою короткую роль очаровательной улыбкой.

— Что на это скажешь? — Рантик глянул на Боровика. — Теперь можешь поверить?

— Верю, что он… Возможно Рэм впал в беспамятство. Горилла, расскажи как ты шмякнул этого негодяя гаечным ключом по башке, когда брал его в аэропорту.

Горилла утвердительно кивнул.

— Бросьте вы дурь пороть, — отмахнулся Рантик. — Рэм бывал и не в таких переделках, но всегда оставался в полном здравии. Думаю, искусно притворяется, разыгрывет из себя черт знает кого. Надо бы его еще раз хорошенько обработать, тогда, уверен, мозги встанут на место. Как говорится, клин клином вышибают.

Лиля под общий взрыв смеха зажглась в широкой улыбке и поглядела на своих подруг.

Конечно, это он, — осмелела Гортензия и вплотную приблизилась к Рэму, ткнула пальцем в родинки чуть ниже пупка. — Тут не обязательно ходить к гадалке — именно таким он мне запомнился. — Она неожиданно замолчала, видя, как Рэм пристально рассматривает ее пышные бархатистые бедра, точно никогда не видел и не прикасался к ним, потом снова гоготнула: — Такие детали принадлежали только ему… И никому больше.

— Хотите еще доказательство? — вступила в разговор белокурая Роза с явным желанием подогреть интерес.

— Хотим! — почти хором отозвались присутствующие.

Выдержав на себе обжигающий взгляд пленника, Роза легкой походкой направилась к стулу, на спинке которого висела ее сумочка, достала оттуда фотографию и, вернувшись на место, поднесла ее к глазам Рэма.

— Будешь отрицать, что это мы с тобой?

— Буду, — ответил он коротко и ясно.