Книга Трясина, страница 157 – Борис Саркисов

— Ты умный человек, Мидас, — высказался Ван Холден, — а рассуждаешь как дитя, зациклился на неких фантомах.

— Вам меня не переубедить, — я продолжал держать оборону. — Есть способность мозга, есть такие глубины психики, до которых не докопалась ваша наука. Горе вам, если не разорвете эти оковы, не освободите собственную биоэнергию, способную творить чудеса. Только тогда можно возвыситься над мраком и с чистыми руками и открытым сердцем приступать к покорению и освоению других миров.

Теперь в разговор были втянуты все, каждый старался отстаивать свое мнение. Долгое время Ван Холден не знал, чью принять сторону. Наконец он произнес:

— Я пытаюсь понять тебя, Мидас. Согласен, что человеку следовало бы самому измениться, достигнуть такого сознания, чтобы помышлять о полетах на другие планеты. Но мы имеем мир таким, какой он есть. Возможно, лет через сто все изменится…

— За это время здесь не останется ни одной живой души, — резко прервал я его.

… Извини, дорогой Колымей, если утомляю просторными диалогами, излишней скрупулезностью, иногда педантичностью, даже сумбурным пересказом, но ты ведь сам просил, чтобы мои путевые заметки носили описательный и аналитический характер. Я не знаю, насколько Творец внимателен к Земле, но убежден, что в его благие замыслы вмешался Дьявол. Он сделал многое, чтобы разобщить людей, заставить их жить по своим заповедям.

Ваша планета — всего лишь пешка на игровом поле Галактики. Сотни планет, подобных вашей, попадали в подобный цейтнот, но лишь единицам удавалось постичь закон всеобщего тяготения к единению, а познав его — преодолеть пассивность в единоборстве с коварным противником и стать подлинными властелинами пространства и времени, а значит — своей судьбы. Что необходимо? Прежде всего не впадать в хандру и признаться: расстановка фигур на игровом поле не в вашу пользу. Белые слепы, напуганы, бессильны противостоять сопернику, их силы убывают, а значит они кому-то перепадают. Особенно беспомощно выглядят их пешки, а они, между прочим, при тщательных геометрических расчетах способны не только выжить, но и загнать в угол короля черных. Да, потребуются неимоверно сложные коррективы, чтобы наладить тесный контакт между тяжелыми, легкими фигурами и пешками. Тогда появятся новые варианты.

Будет трудно, но другого выхода нет. Сумеете сделать это — спасете партию.

Таков принцип шахматной доски. Ни на минуту нельзя забывать: проигрыш равносилен хаосу, апокалипсису, вымиранию.

В нашей бесконечности есть миры, где напрочь отсутствуют ваши земные пороки… Там вняли советам высших духов, вовремя и безболезненно уничтожили и схоронили эпоху варварства. Земная болезнь — безумие, тесно связанное с физиологическими недугами.

Все мои аргументы и доводы не могли убедить ученых, чьи головы забиты бредовыми идеями, в ошибочности своего мышления. Только Блейк, с которым я побывал в джунглях, молча слушал наши словесные перепалки, изредка пытаясь перевести разговор в мирное русло.

— Потрясающая логика у тебя, Мидас, — изрек он. — Даже безукоризненная! У нас в Штатах за нее можно схлопотать или Нобелевскую премию, или путевку в психушку. Середины не существует. В джунглях, — лицо его озарило восхищение, — Мидас предстал перед пигмеями в облике… Дада, в облике святого чудотворца. Я собственными глазами видел над его головой струящееся голубое свечение.