Книга За гранью закона. Тайна мертвых близнецов, страница 17 – Наталья Романова

— Нет, – вдруг выкрикнула Пронина, сползла с кровати и, на коленях подползая к Александру, вцепилась в его штанину, – нет, отче! Не покидайте меня! Не покидайте! Вы же святой человек, вы Божий служитель! Останьтесь, останетесь со мною! Я не могу, не могу произносить имя грязного ангела, не уходите, не покидайте … – свернувшись калачиком у Александровых ног, неистово шептала она, цепляясь за его брюки. Александр исподлобья взглянул на лейтенанта – мол что ж тут поделаешь, коли его не отпускают восвояси. Лейтенант же чуть не заскрежетал зубами, но качнул головой, разрешая присутствие «посторонних лиц» во время проведения следственных мероприятий.

— Анна Владимировна, – предпринял Холмогоров очередную попытку разговорить Пронину, – с кем общалась ваша дочь? С кем контактировала, может в социальных сетях? Имелись ли у нее некие нежелательные контакты?

Тут уж Александр не сдержал кривой ухмылки. Самым нежелательным контактом Сони Прониной являлась ее собственная мать.

— С блудницей! Моя дочь болталась с блудницей! – дико закричала Пронина, продолжая цепляться за Александра, – бесы овладели ее душой, а она черная, проклятая… я пыталась… я старалась изгнать их… молитвами… ходила в храм… но все напрасно… они забрали ее… утащили в Преисподнюю… за грехи блуда… блуда, слышите! – будто в бреду кричала Пронина. – Ее душа сгорит в адском пламени… ее растерзают бесы… блудница… блудница… она блудница…

— Что значит блудница? – устало спросил Холмогоров, – у вашей дочери имелся… некий друг? – уточнил он, правда, судя по выражению лица, не сильно рассчитывая на вразумительный ответ.

— Нет… нет… нет… – безумно вращая глазами, затрясла Пронина головой… – Нет… блудница… она блудница… слышишь… подстилка Дьявола… она… грешница… блудливая… грешница, – монотонно талдычила Пронина, глядя в лицо Александру, будто он один способен ее понять.

— Да что ж это такое! – раздраженно рявкнул лейтенант. – Вот заладила – блудница да блудница! Что б тебя… – Холмогоров осекся, покосившись на «постороннее лицо». – Бесполезно. Надо говорить с отцом, – добавил он. – Тут не соболезнования нужно выражать, а бригаду врачей вызывать, – бросил лейтенант Александру.

— Протянуть руку помощи страждущим – мой долг, – спокойно отозвался Александр, совершенно согласный с Холмогоровым. Лейтенант кивнул и повернулся уже было на выход, как вдруг снова обернулся к Александру.

— Вопрос личного характера – почему Пронина обращалась к вам «отче»? Бредила? – Холмогоров внимательно смотрел на Александра. И он решил ответить честно. Не столько из-за пристального взгляда лейтенанта, а скорее, потому что врать он не любил, а сейчас так и вовсе не видел смысла.

— Я был служителем церкви, но снял с себя сан, – коротко пояснил Александр и повернулся к женщине, давая понять, что это дело ума посторонних не касается. Холмогоров криво ухмыльнулся и, торопливо покинул квартиру.

Александр же снова остался с безумной женщиной один на один. В том, что Пронина сошла с ума, сомнений у него не было никаких. К нему даже закралась крамольная мысль: не она ли свою дочь спровадила на тот свет? Хотя, нет, это вряд ли. Слишком аккуратно умерла девушка. Будь это дело рук матери, не стала бы она тащить дочь на кладбище, а прирезала бы прямо тут. Александра невольно передёрнуло от отвращения. Хоть Пронина-старшая и не виновата в своем безумии, но все-таки понять и простить ее было очень трудно.