Книга Четыре – число смерти, страница 22 – Натан Зутт

Стоит сказать, что Саранча отнюдь не была глупой или бестолковой. Пронзительный визг сменился громким, выразительным свистом и треском, щёлканьем жвал и чавканьем круглых ртов. Саранча переговаривалась, как понял Чжень, искала способ поскорее и понадёжнее покончить с ним. Оставшиеся две твари взмыли выше, и юноша приземлился на очередную вершину. Он не смог бы до них допрыгнуть, две саранчи превратились в одну мелкую бабочку, и эта бабочка дважды выстрелила из уродливого арбалета. Чжень отвел болты в стороны, но чудовища не собирались продолжать бой. Они с устрашающей скоростью полетели на север.

— Дух Атори, – тихо прошептал юноша, спрыгивая с сосны на мягкую, зелёную траву в трёх десятках бу от себя. – Если это была разведка, дай мне сил закончить приготовления вовремя.

Несколько секунд Чжень просто стоял, закрыв глаза и стараясь унять бушующее в нём волнение. Он выставил руки перед собой, ладонями вниз, чуть согнул ноги, выдохнул воздух из лёгких, опуская руки и торс. Поднялся, разводя руки над головой и делая вдох. Дыхание было основой всего. Меньше минуты ушло на то, чтобы полностью унять сердце и вернуть разуму холод и ясность. Жабе было не до волнений. Она ждала. Саранча, которой Чжень сломал рёбра и разорвал сердце и лёгкие её же хрупкими костями, пыталась подняться на ноги. Её раны стремительно исцелялись, и ученику монаха пришлось добить её точным ударом раскрытой ладонью в центр морды. Вытерев руку о рубаху, юноша вернулся к рубке деревьев.

Он успел повалить ладонью всего два дерева, когда на поляну вышли уже знакомые охотники вместе с двумя десятками местных. Почти все крепкие молодые мужчины, почти все с топорами, пилами и верёвками. Охотник, что поверил Чженю, вышел вперёд.

— Я дрался с ними лет десять назад. Когда мы выезжали прореживать степи от кочевников с моим господином, – охотник многозначительно кивнул, и местные с уважением закивали в ответ. Чжень не разрешил себе улыбаться, но также легонько склонил голову. Охотник продолжил: – Не думал, что эти твари пройдут через длинную стену, но мы видели, как ты сражался с ними в воздухе.

— Это первые с крыльями, – честно признался Чжень. Охотник посмотрел в небо.

— Значит, будет больше. Они перелетят через реку.

— Мы утопим тех, кто несёт тяжёлую поклажу, – ответил ученик монаха. – Вы послали за помощью?

— Люди господина Ляна уже спешат.

Чжень не слышал о полководцах или правителях с этим именем, но не стал задавать вопросов. Он здесь чужой.

— Благодарю вас, – сказал он. – Если брёвна скатить с сопки, они упадут точно так, чтобы залило весь северный берег отсюда и до деревни Хундэ.

— А что тамошние? – спросил кто-то из местных. Чжень подавил в себе скорбь, попытавшуюся было вползти в сердце юноши и лишить его благостного пренебрежения.

— Съедены, – ответил ученик монаха. Местные молча принялись за работу. Чжень разрешил себе порадоваться столь удачному развитию событий, но сразу же вернулся к рубке деревьев. Он не мог себе позволить полностью сфокусироваться на ударах раскрытой ладонью после налёта Саранчи. Внимание Чженя было рассредоточено между деревьями и небом, где могла бы появиться новая Саранча. Но когда солнце начало закатываться, работа была уже закончена. Чжень и дюжина местных начали осторожно обрабатывать упавшие стволы – пилами, топорами, ладонями, они снимали самые крупные ветви, а потом оттаскивали их подальше, чтобы не мешали катить стволы с сопки. Солнце медленно и неспешно клонилось к земле, местные собрались вокруг одного из поваленных деревьев.