Книга Муцянь, страница 83 – Джин Соул

— Змей? – невольно поёжился Чэнь Ло. – А там водятся змеи? Ядовитые?

— Горные гадюки, – кивнул меховщик, – злющие и ядовитые. Но они только ночами выползают, чтобы росу с камней лизать. А если у вас верёвка есть, так и вовсе их бояться нечего.

— Верёвка? – не понял Чэнь Ло.

Меховщик снисходительно объяснил, что через разложенную кругом на земле верёвку ни одна змея переползти не сможет, проверенный не одним поколением горцев способ. Чэнь Ло сильно сомневался, что это поможет, но верёвку купил. А вот медвежьи шкуры сторговать не вышло: медведи редко встречаются, потому шкуры их дорого стоят. Чэнь Ло высыпал на прилавок всё, что у него было в кошеле, и спросил:

— А этого на что хватит?

— На собачью душегрейку, – ответил меховщик.

Вернулся Сяоцинь, вид у него был не слишком довольный, и Чэнь Ло понял, что выручил за травы мальчишка меньше, чем ожидал.

— Что? – кисло спросил Сяоцинь, бросив взгляд на прилавок.

— Хватит только на собачью душегрейку, – так же сказал Чэнь Ло. – Купим тебе?

Сяоцинь вместо ответа сгрёб деньги Чэнь Ло обратно в кошель и заявил важно:

— Обойдусь. Найдём другую меховую лавку.

— Не найдёте, – отрезал им вслед меховщик. – Одна только моя на всю заставу.

Но Сяоцинь и не собирался разыскивать другого меховщика, он уверенно свернул в лавку старьёвщика. Чэнь Ло помедлил, прежде чем войти.

— Что, брезгуешь чужими вещами? – поддел его Сяоцинь. – Тут наверняка и с покойников вещи найдутся.

Чэнь Ло не удержался и отвесил ему лёгкого пинка чуть пониже спины. Мальчишка страшно оскорбился.

В лавке старьёвщика можно было раздобыть всё на свете и по сходной цене. Медвежьи шкуры тоже нашлись, но такие облезлые и потрёпанные, что на них страшно было даже смотреть. Старьёвщик отдавал их за бесценок. Видно, так долго лежали в лавке и мозолили ему глаза, что он рад был от них избавиться.

— Внешний вид что? Тьфу! – расхваливал свой товар старьёвщик. – Главное, не дырявые. Сами поглядите, целёхонькие!

Сяоцинь придирчиво оглядел обе шкуры, но дырок действительно не нашёл. Задёшево их продавали, видно, потому, что шкуры потеряли товарный вид. Шерсти на них с горсть не набралось бы, и, если бы не характерная форма шкуры, нипочём не угадать бы, что прежде её носил медведь, а не, скажем, осёл.

— Да они и нужны нам только на пару ночей, – пробормотал Чэнь Ло. – Не жалко потом выкинуть будет.

Старьёвщик покивал, а потом вкрадчиво попросил, чтобы они шкуры не выкидывали, а оставили на том конце горной тропы в какой-нибудь расселине.

«Сколько раз ты уже их перепродавал, старый пройдоха?» – усмехнулся Чэнь Ло, сообразив, что старьёвщик задумал. Судя по затрапезности шкур, не раз и не два.

Поскольку шкуры им дёшево обошлись, они купили ещё еды в дорогу и неплохо пообедали, хотя на вкус Чэнь Ло чай был прескверный. Уж он-то в чаях разбирался.

Горы оказались невысокими, но затейливо изрезанными. Подобия тропок изломами лучились в разные стороны, щетинились сколотыми камнями. Чэнь Ло едва слышно присвистнул, представив, как они, навьюченные коробами и свёрнутыми медвежьими шкурами, полезут в горы, и в который раз пожалел, что позабыл купить перчатки: за такие камни ухватишься – руки в кровь иссечёшь.

— Что-то я не вижу здесь белых камней, – заметил Чэнь Ло.