Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2, страница 64 – Джин Соул

Ху Фэйцинь исполнился сомнений – это было бы слишком фамильярное обращение к той, кого он видит впервые в жизни, – и слегка смутился, что назвал её в забытьи «цзецзе».

— Я лисий знахарь, – продолжала Ху Сюань, заводя руку под спину Ху Фэйциня и ловко помогая ему сесть. – Мне нужно понять, в каком состоянии твоя рана, чтобы выбрать подходящее лечение. Давай снимем с тебя это… Что такое? – удивлённо спросила Ху Сюань, когда Ху Фэйцинь дёрнулся и перехватил её руку.

Ху Фэйцинь полагал, что оставаться раздетым перед чужим человеком – или демоном – неприлично. Лицо его покрылось красными пятнами.

Ху Сюань сообразила, в чём дело, и, скрыв улыбку, добавила:

— Не волнуйся, А-Фэй, меня нисколько не волнует твоя нагота. Я ведь лекарь. Но одежду снять нужно: во-первых, я не смогу осмотреть рану, если не раздену тебя; во-вторых, одежда окровавлена, тебя нужно переодеть в чистое. Если хочешь, могу позвать А-Вэя: пусть он тебе поможет раздеться… если ты стесняешься меня.

— Я сам, – буркнул Ху Фэйцинь.

Ху Сюань сделала приглашающий жест. Ху Фэйциню пришлось раздеться до штанов: нижнюю рубаху Ху Сюань тоже велела снять. Волновался он, в самом деле, зря: Ху Сюань не смотрела на него дольше приличествующего. Но Ху Фэйцинь заметил, что крылья носа Ху Сюань дёрнулись, когда она помогала ему снова лечь. Быть может, из-за запаха крови?

Развязывая повязку на животе Ху Фэйциня, Ху Сюань бросила на него быстрый взгляд и спросила:

— Ты не слишком обидишься, если я скажу, что мне хочется тебя съесть?

Ху Фэйцинь на секунду широко раскрыл глаза, но, вспомнив, что по этому поводу говорил Ху Вэй, предположил:

— Мне стоит считать это комплиментом?

Ху Сюань улыбнулась:

— Пожалуй. В тебе слишком много всего намешано, это приводит демонов в замешательство. Я никогда прежде не встречала ни богов, ни небожителей, поэтому не уверена, кого именно в тебе мне хочется съесть.

— Из того, что я уже знаю о демонах, – заметил Ху Фэйцинь, – съесть тебе хочется небожителя.

— А, так А-Вэй тебе уже это говорил?

— И велел считать комплиментом, – кивнул Ху Фэйцинь.

Они разом рассмеялись, и Ху Фэйцинь почувствовал, что между ними возникла симпатия.

«А не слишком ли она… светлая для демона?» – невольно подумал Ху Фэйцинь.

Ху Фэйцинь с напряжением ожидал, когда Ху Сюань снимет повязку с его живота. Крови вытекло много, живот был красным до самого подреберья. Ху Сюань нахмурилась и, взяв смоченную в травяном отваре тряпицу, стала отирать кровь с его тела.

— Рана вскрылась, когда я вошёл в мир демонов, – сказал Ху Фэйцинь, отводя взгляд. – Ху Вэй в мире смертных лечил меня каким-то демоническим снадобьем, и рана почти заросла, но теперь…

Ху Сюань поставила пальцы на края раны и, извинившись, чуть раздвинула их. Ху Фэйцинь почувствовал лёгкую тошноту.

— Пятый и шестой на месте, – сказала Ху Сюань, внимательно изучив рану, – вскрылись только верхние слои. Всё не так страшно, как выглядит. А-Фэй, ты ведь принял лисью пилюлю, чтобы запечатать божественную силу?

Ху Фэйцинь кивнул. Вообще-то это Ху Вэй обманом вынудил его принять лисью пилюлю, но он подумал, что теперь это уже не имеет значения.

— А-Вэй создал её в мире смертных, – продолжала Ху Сюань, – она несовершенна. Тебе нужно выплюнуть её и принять демоническую лисью пилюлю.