Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2, страница 61 – Джин Соул

«Он всё ещё пытается бороться с Тьмой!» – взволнованно подумал Ху Цзин.

Тут ноздри Ху Цзина шевельнулись, он ощутил странный запах, который принёс с собой Ху Вэй. Ничего подобного старый лис ещё не встречал. К сильному запаху крови примешивался ещё один – лёгкий, сладковатый, волнующий. Ху Цзин фыркнул и прикрыл нос пальцем.

«Какой странный запах», – подумал старый лис.

Шерсть его встопорщилась, хвост разволновался ещё сильнее. Он догадался, что волнение лис в поместье, вероятно, вызвано этим запахом, который принёс на себе Ху Вэй.

На себе… или с собой?

Ху Цзин уставился на существо, которое держал на руках Ху Вэй. Оно выглядело как человеческий юноша, но старый лис сразу понял, что человеком оно не было. И запах крови, и странный запах исходили именно от него.

Ху Цзин озадачился:

— А-Вэй, что такое ты с собой притащил?

Ху Вэй подошёл ближе, крепко прижимая к себе бесчувственного Ху Фэйциня. Голос его подрагивал, почти срывался, когда он заговорил:

— Отец, нужно позвать Сюань-цзе, его рана опять открылась.

Ху Цзин всё ещё пытался принюхаться, но запах крови сбивал с толку. Кровь была лисья и не лисья одновременно, демоническая и нет.

Старый лис нахмурился:

— Это тот… лис, которого забрали небожители?

Ху Вэй, всё ещё глядя на бледное лицо Ху Фэйциня, шагнул к воротам, но наткнулся на неожиданное препятствие: Ху Цзин вытянул руку в сторону, не давая сыну пройти.

— Отец? – напряжённо выговорил Ху Вэй.

— Ты забыл лисьи правила, пока жил в мире смертных? – строго сказал Ху Цзин. – Ты не можешь внести его в поместье. Пусть сам войдёт.

— Он ведь ранен, – с нарастающим раздражением возразил Ху Вэй, – он без сознания.

— Так растормоши его. Перешагнёт через порог и может снова закатывать глаза, сколько ему угодно.

Глаза Ху Вэя сузились.

— Отец, – произнёс он, и в его голосе прозвучала явная угроза.

— Лисьи правила нельзя нарушать, – категорично сказал старый лис. – Ты ведь знаешь, что означает ритуал Внесения в дом?

— Плевать я хотел на лисьи правила, – чётко и раздельно произнёс Ху Вэй.

— Что? – опешил старый лис.

Ху Вэй протянул руку, крепко взял отца за плечо. Оба глаза его стали совершенно чёрными, только в центре каждого сверкало по крохотной золотистой точке зрачка.

— Отец, не вынуждай меня делать то, о чём придётся сожалеть, – сказал он и, отшвырнув старого Ху в сторону, перешагнул через порог поместья Ху.

— Ах ты… – задохнулся от гнева Ху Цзин. – Для тебя теперь и семья не закон?

Ху Вэй приостановился, поглядел на отца и проронил:

— Я убью любого, кто причинит ему вред, будь то сородич или родич.

Тёмная демоническая аура на мгновение окружила его, он тут же спохватился и спрятал её, беспокойно взглянув на Ху Фэйциня, чтобы проверить, не задело ли его.

— Ху Вэй! – разъярённо прорычал Ху Цзин.

Ху Вэй бросил на него быстрый взгляд и сказал то, от чего у старого лиса шерсть встала дыбом:

— Отец, не волнуйся, у меня ещё достаточно хвостов, чтобы заплатить за дерзость. Я отдам тебе их все, если пожелаешь.

Ху Цзин молча проводил его взглядом. Не так уж и много было на свете причин, по которым лиса добровольно распрощалась бы с хвостами – с самой лисьей сущностью. Но это уже не попадало под лисьи правила.

Ху Вэй отнёс Ху Фэйциня в собственные покои, где жил до изгнания, бережно уложил на кровать и завертел головой, соображая, что ещё может для него сделать.