Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 82 – Джин Соул

Ху Фэйцинь реагировал мгновенно: ни один из ударов огненного шара не пришёлся по нему. Но удерживать копьё становилось всё сложнее, от напряжения у Ху Фэйциня даже вылез лисий хвост. Ещё с десяток ударов засыпали землю искрами, трава начала тлеть.

Недопёсок бегал кругами и вопил от ужаса, затаптывая огонь и стараясь не попасть между молотом и наковальней.

Ху Вэй ухватил его за шиворот и дёрнул к себе:

— Ополоумел?

— Но шисюн себе хвост подпалит, если начнётся пожар! – заскулил Недопёсок.

— А от тебя мокрое место останется, если кто-то из них промахнётся друг по другу!

Глаза Ху Вэя вращались в глазницах, стараясь уследить за движениями Ху Фэйциня и огненного шара. Он не собирался стоять и смотреть, но нужно было выбрать подходящий момент, чтобы вмешаться. Почему Ху Фэйцинь назвал этот шар богом? Аура у него вовсе не божественная, а не пойми какая. Ху Вэй не сомневался: бог или не бог, а если жахнуть по нему со всей лисьей дури, то мало не покажется! Просто нужно выбрать подходящий момент.

Этого не потребовалось. Ху Фэйцинь отпрянул от очередного удара, не парируя его, подпрыгнул и с размаху ударил огненный шар сверху, буквально вбивая его в землю. Вращение остановилось.

— А вот это было очень хорошо, – обрадовался Ху Вэй.

Огонь с шара спал, и стало заметно, что под ним скрывался огромный… черепаший панцирь. Ху Фэйцинь сделал несколько шагов назад, держа копьё наизготовку. Черепаший панцирь пошевелился, из него высунулся кривоватый посох, упёрся в землю.

— Черепаший ты сын, – раздался насмешливый старческий голос из-под панциря.

— Наставник Угвэй, – сказал Ху Фэйцинь, не опуская копья.

Появление Черепашьего бога в мире демонов могло значить что угодно. Хотелось бы верить, что это добрый знак, но с недавних пор Ху Фэйцинь вообще никому не верил.

Наставник Угвэй вылез из панциря, опёрся обеими руками на посох и окинул Ху Фэйциня внимательным взглядом. Неудовольствия от поступка Ху Фэйциня на его лице не было, даже больше – он явно был доволен, что Ху Фэйцинь вложил в удар всю силу. Черепаший бог пригладил бороду, глазки его хитро поблескивали и видели всё разом: и Ху Фэйциня, и настороженного Ху Вэя, и перепуганного Недопёска…

— Что он такое? – спросил Ху Вэй, осторожно двигаясь поближе к Ху Фэйциню.

Недопёсок давно уже юркнул за Лисьего бога и ухватился за подол его одеяния.

Ху Фэйцинь прикусил губу. Наставник Угвэй смотрел на него с интересом, точно гадал, что Ху Фэйцинь станет делать дальше.

— Это мой учитель, наставник Угвэй, – сказал Ху Фэйцинь. Копьё исчезло, он сложил руки и почтительно поклонился.

— Эй, эй, – беспокойно сказал Ху Вэй, и не думая опускать копья, – я спросил, что он такое, а не кто он такой.

— Черепаший бог, юноша, – сказал наставник Угвэй, сощурившись. – Убери свою палку, я сюда не сражаться пришёл.

— Ну конечно, – фыркнул Ху Вэй, демонстративно втыкая копьё в землю возле себя. – И поэтому первым делом решил нас прикончить.

— Ху Вэй… – предупредительно дёрнул его за рукав Ху Фэйцинь.

— Юноша, – снисходительно сказал наставник Угвэй, – если бы я хотел вас прикончить, передо мной бы уже лежали три лисьих обугленных трупика, и демоническая палка тебе не помогла бы.

Ху Фэйцинь нахмурился. Он знал, что это так. О могуществе Черепашьего бога ходило много слухов: никто не знал, насколько он силён на самом деле, но поговаривали, что он сильнее любого из небожителей и даже Небесного императора. Сейчас, сражаясь с Ху Фэйцинем, он использовал ровно столько силы, сколько всегда использовал во время тренировок. Или чуть больше. Но… вероятно, если бы он использовал всю силу, Ху Фэйциня бы испепелило, про Ху Вэя и Недопёска и говорить незачем.