Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 134 – Джин Соул

— Перестань меня искушать, – выдавил Чангэ.

— Так останови меня, – с некоторым вызовом в голосе возразила Шу Э. Пальцы её продолжали играть со складками одеяния Чангэ.

— Как? – с усилием сказал Чангэ.

Он запрокинул голову и стоял так. Грудь его ходила частым дыханием, руки, лежавшие на плечах Шу Э, сильно дрожали.

— Дай себе волю, – после молчания предложила Шу Э.

Она взяла лицо Чангэ в ладони, разворачивая его к себе, и поцеловала его в угол рта, словно бы говоря, что этот выбор предоставляет сделать самому Чангэ. Ответить или оттолкнуть – решать ему.

Шу Э нисколько не удивилась, когда Чангэ сначала резко оттолкнул её, а потом, мгновением спустя, схватил в охапку и бросил на траву, срывая с неё одеяние и накрывая её рот жадным поцелуем.

Шу Э смогла убедиться, что у Чангэ действительно сильное тело. Но, пожалуй, искушённым в плотских утехах Чангэ назвать было нельзя: его ласки были неуклюжи, а движения однообразны, недалеко ушёл от девственников, познающих себя в первый раз.

Шу Э легко, одним движением колена опрокинула Чангэ навзничь: «Позволь мне».

Своим телом она владела в совершенстве и очень тонко позаботилась, чтобы Чангэ позабыл обо всём на свете, кроме блаженства, которое всё больше наполняло соединенные тела.

Сознание Чангэ мутилось. Он уже был практически на пике наслаждения. Захваченный инстинктами, он едва помнил, кто он или кем был. И сознанием, и телом владела одна лишь Шу Э. Чангэ невольно любовался танцем её гибкого тела, хрупкого и одновременно невероятно сильного.

Краем глаза он заметил какие-то чёрные пятна в кронах деревьев. Они шевелились, меняя форму. Ясность сознания вернулась моментально. Злые духи! Злые духи подбираются к ним!

Шу Э, разумеется, почувствовала их, но ей не было нужды утруждаться и увёртываться. Она продолжала делать то, что делала, наслаждаясь каждым движением.

Чангэ собирался перевернуться и заслонить Шу Э, но эта мысль даже не успела зародиться и оформиться в его сознании, как всё было кончено. Тени, царящие под кронами деревьев, ожили и пронзили злых духов на подлёте к Шу Э. Вспыхнуло чёрное пламя, и обгоревшие клочки развеялись в воздухе, словно их и не было. Тени втянуло обратно в кроны деревьев, они снова стали обычными тенями смертного мира.

— Что это… было? – выдохнул Чангэ, широко раскрытыми глазами глядя на Шу Э.

Та наклонилась к нему, упираясь ладонями в траву у висков даоса. С подбородка её на лицо Чангэ упало несколько капелек пота. Чангэ заметил, что глаза Шу Э опять глубоки, как разломы миров.

— Пока в этом мире есть тени, – выдохнула Шу Э и расслабленно повалилась на Чангэ, пик наслаждения был пройден, – пока они есть…

Сквозь листву пробивался свет бледного серпа луны. Шу Э сморило сном, и она притихла, прижавшись всем телом к боку Чангэ. Сам Чангэ лежал, уставившись в просвет между деревьями на лунный серп. Он впервые за несколько тысяч лет пропустил ежедневную тренировку-медитацию, но мысль об этом никаких чувств в нём не вызывала. Тело уже несколько успокоилось, сдавшись тёплой расслабленности, охватившей члены, и только сердце ещё силилось восстановить привычный ритм.

Он прокручивал в голове то, что произошло: злые духи напали, ожившие тени разорвали их в клочья… Ответ крутился там же, в голове. Чангэ сумел поймать его и вытянуть из разрозненных воспоминаний.