Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 156 – Джин Соул

Вдовствующая императрица, степенно и неспешно, держа руки на животе, как и полагается женщинам, подошла к беседке, но остановилась, не входя и даже не поднимая глаз на небесных гостей. Поклонилась она, не складывая кулаков, но продолжая держать руки на животе. Мин Лу кланяться не торопился. Мальчишеская дерзость так и сквозила в нем.

«Выдрать бы его за уши!» – подумал Ху Вэй, потому что ему не понравилось пренебрежение во взгляде Мин Лу. Может, он и не верил даже, что во дворец явились небожители – стараниями Правого министра, надо полагать.

— Вдовствующая императрица приветствует небожителей, – сказал Правый министр небрежно.

— Вдовствующую императрицу должен представлять я, – возмутился Левый министр.

Можно было предположить, что при дворе после смерти старого императора образовалось две партии – Правого министра, опекавшего наследника, и Левого министра, поддерживающего вдовствующую императрицу.

— Представиться я прекрасно могу сама, – отрезала вдовствующая императрица.

Голос у ней был мелодичный, но с хрипотцой и слишком низкий для женщины. Быть может, она простудилась.

Ли Цзэ, который все это время стоял, глядя на Небесного императора, при звуках этого голоса вздрогнул и резко развернулся, задевая мечом по краю стола.

Ху Фэйцинь удивленно воззрился на Ли Цзэ. Такого выражения на его лице он никогда прежде не видел, сложно было разобрать, что именно на нем отразилось. Так смотрят, когда не верят своим глазам. И это вызывает у смотрящего немыслимую радость, смешанную с дичайшим гневом.

Если вычеркнуть эмоцию гнева, то Ху Фэйцинь видел точно такое же выражение на лице Ху Вэя, когда они впервые встретились после принудительного вознесения Ху Фэйциня на Небеса. Ху Вэй тогда полагал Ху Фэйциня умершим: на церемонии Становления Ху Фэйцинь попытался убить себя небесным копьем и выжил только благодаря обожествлению.

— С вами все в порядке, генерал Ли? – спросил Ху Фэйцинь на всякий случай.

Вдовствующая императрица наконец подняла голову, вероятно, раздосадованная, что на ее приветствие небожители не ответили, а продолжают переговариваться между собой. И тут же увидела Ли Цзэ. Глаза ее широко раскрылись, а лицо побелело, точно траурное одеяние.

В следующее мгновение взгляд ее погас совсем – женщина упала на землю в глубоком обмороке.

Обморок вдовствующей императрицы стал такой неожиданностью, что поначалу все растерялись. Потом придворные дамы засуетились вокруг нее, причитая и размахивая руками. Ху Вэй подумал, что они напоминают кур, и эта мысль его очень позабавила. Мин Лу тоже бегал вокруг, не зная, с какой стороны подойти, и беспрестанно восклицал: «Матушка!» – в сильнейшем волнении. Левый министр и Правый министр на этот раз не спорили, вместе с придворными дамами подхватили вдовствующую императрицу и понесли во дворец.

— Тяньжэнь, – сказал Ли Цзэ с запинкой, – я… прослежу… что… Быть может, им понадобится помощь небесных техник.

Он быстрым шагом пошел следом за кудахчущей процессией, не дождавшись вовсе позволения Небесного императора.

Ху Фэйцинь тяжело вздохнул:

— Это я виноват.

— А? – вытаращился на него Ху Вэй. – С чего бы?

— Понимаешь, – серьезно сказал Ху Фэйцинь, – слишком расплескались духовные силы.

Ху Вэй фыркнул: