Книга Пучина Сирены, страница 149 – Марта Уэллс

Он указал на верхнюю палубу и едва слышно произнес:

— Двигайтесь тихо. По одному. – Лун медленно поднялся на ноги. Осторожно обойдя Звона, он бесшумно прошел к двери. Там он переменился, впился когтями в дверной косяк и, вскарабкавшись на потолок, выполз в коридор. У лестницы с потолка свисала воительница Кораллы по имени Бухта, сторожившая выход.

— Что?.. – начала было спрашивать она.

— Тише, – шикнул Лун. – Под кораблем кто-то скребется. Предупреди остальных. – Он вскарабкался по лестнице на палубу.

Стояла ночь; прохладный ветерок обдувал нос корабля, неся запахи зеленых трав. Однако Сквернов Лун не чуял. На носу и на рулевой рубке горели лампы, а в дверях сидели Делин, Селадонна и Лоза. Они негромко разговаривали, Делин что-то записывал в свою книгу. Над ними, на крыше, нес вахту один из воинов Селадонны.

Когда появился Лун, они подняли головы, и шипы Селадонны встали дыбом, едва она ощутила, как он напряжен. Лун присел рядом с ней и тихо-тихо сказал:

— Под кораблем кто-то есть. Мы слышали, как оно скребется.

Селадонна негромко зашипела и бесшумно поднялась на ноги. Лоза испуганно вытаращилась на них, а Делин спокойно закрыл книгу и сунул ее за дверь рубки. Звон, Флора и остальные потихоньку выползали из-под палубы. За ними следовала Коралла и ее воины.

Селадонна жестом подозвала всех поближе и прошептала:

— Коралла, возьми своих воинов, пройдите по тому борту корабля и приготовьтесь спуститься вниз. Мои воины – со мной.

Лун пошел было за Селадонной, но она прибавила:

— Лун, оставайся с Лозой.

Он скорчил гримасу, но послушался и отошел к рубке. Лоза стояла в дверях и взволнованно подпрыгивала на месте.

— Ты чуешь Сквернов? – спросила она. – А то я не чую.

Лун помотал головой.

— Нет. Может быть, это не они.

Звон, Флора, Песня и Корень, все в крылатом облике, окружили рубку и приготовились к худшему. Ночь была ясной, луна почти полной, и серебристый свет проливался на луга, которые изредка прерывались каменными глыбами. Непогода сгладила и скруглила их, отчего они стали похожи на башни разрушенного города. В небе над кораблем парило несколько островов, которые закрывали собой звезды. Лун вспомнил, как мохнатый земной обитатель, висевший на ребре гигантского скелета, заглянул под корпус корабля. Он негромко чертыхнулся. «Тот шахтер наклонился не из любопытства; он что-то там увидел».

— Что? – взволнованно прошептал Звон.

— Ничего, – ответил Лун. Затем он услышал голос Селадонны; тот становился все громче, по мере того как королева взбиралась по борту наверх.

— …какой же ты дурень! Поверить не могу! – Она перемахнула через ограждение на палубу. – Что теперь тебе скажет Малахита? Что она мне скажет?

За ней на палубу влез темный силуэт, и Лун скорее услышал, чем увидел, как тот перевоплотился. Затем знакомый голос сказал:

— Ты же не виновата.

«Сумрак», – Лун закрыл глаза ладонью и зашипел. Теперь Малахита точно взбесится. Им повезет, если она не прикажет всем вернуться в колонию, как только увидит молодого консорта.

Звон спросил:

— Это он? Ой-ой.

Лоза мрачно сказала:

— Ох, это совсем плохо. Малахита очень рассердится.

— Не то слово, – пробормотал Лун.

— Но кто это? – спросил Делин, вглядываясь во тьму.

Пока Лоза рассказывала ему, кто такой Сумрак, Лун принял земной облик и подошел к борту.