Книга Вор Мертвого города, страница 80 – Андрей Глухарёв

Мои мышцы горели. Пальцы, привыкшие к тонкой работе с отмычками, теперь сдирались в кровь, цепляясь за острые края камней. «Давай, Марек, — говорил я себе, подтягиваясь на дрожащих руках еще на полметра. — Представь, что это стена королевской казны. Просто очень высокая казна. И с демонами внизу».

Я скосил глаза вниз. Это была ошибка.

Алхимический огонь Фарго, этот ядовитый желтый спаситель, начал сдавать позиции. Густые сгустки пламени, облепившие трупы слепцов и плиты тракта, мерцали, сжимаясь и темнея. Тени в Ущелье мгновенно ожили. Они потянулись к нам снизу, длинные, искаженные, словно протягивающие руки. В тускнеющем свете я увидел оставленных нами лошадей. Животные сбились в кучу у стены. Они больше не ржали. Они стояли, мелко дрожа, покорно ожидая своей участи. Они чувствовали то, чего пока не видели мы.

Из кромешной тьмы тракта, лежащего впереди, начал надвигаться звук. Не плеск воды и не влажное шуршание слепых амфибий. Это был мерный, тяжелый, ритмичный стук.

Цок. Цок. Цок.

Звук копыт, вбивающихся в древний камень с неотвратимостью падающего молота.

— Быстрее! — прошипел я, срывая голос, глядя на ползущего надо мной Лориса. Южанин застрял. Его дорогие сапоги скользили по слизи, он отчаянно пытался нащупать опору, тихо ругаясь сквозь стиснутые зубы. — Лезь, павлин, или я воткну кинжал тебе в задницу и использую вместо лестницы!

Желтый свет внизу мигнул в последний раз, издав тихий шипящий звук, словно выдыхая, и погас.

Тьма вернулась. Она обрушилась на нас, мгновенно отрезав от внешнего мира. Я повис на стене, распластавшись на мокром камне, не видя даже собственных рук. Внизу, в этой абсолютной черноте, раздался первый хруст ломающихся лошадиных костей и звук влажного, жадного разрывания плоти. Лошади даже не закричали. Их жизни оборвались в одну секунду.

Мы ползли на одном лишь инстинкте, ориентируясь на тяжелое дыхание друг друга и звук осыпающейся каменной крошки. Мои легкие горели, под ногтями пульсировала боль, но я продолжал переставлять руки и ноги. Когда моя ладонь внезапно легла не на отвесную стену, а на плоский, сухой камень карниза, я едва не сорвался от неожиданности. Чья-то жесткая рука — судя по хватке, это был Даррен — вцепилась в шиворот моей куртки и рывком втащила меня на уступ.

Я перекатился на спину, тяжело дыша и глядя в непроглядную темноту над собой. Мы были в технической галерее гномов. Пол здесь был ровным, сухим и пах застарелой каменной пылью. Ниже, на дне ущелья, чавкала и хрустела смерть, но сюда она пока не добралась.

Минут пять в галерее слышалось только хриплое, надрывное дыхание семерых выживших. Мы лежали на камне, раскидав руки и ноги, не в силах даже говорить. Постепенно напряжение начало отступать. Я медленно сел, привалившись спиной к прохладной стене.

— Осмотр, — сухо, безжизненно бросил я в темноту. — Кто цел? Кто ранен?

Мой голос прозвучал чуждо, словно принадлежал не мне.

— Я в норме, — ответил Даррен. Слышно было, как он проверяет ход меча в ножнах.

Молчун дважды тихо стукнул рукоятью ножа о камень — подтверждение боеспособности.

— Крэг устал нести девочку, — прогудел здоровяк где-то слева. — Но Крэг может ломать дальше. Девочка жива. Девочка дрожит.

Лира издала невнятный, сдавленный всхлип, подтверждая слова бугая. Вероятно, она была самым бесполезным магом в моей жизни.