Книга Вор Мертвого города, страница 57 – Андрей Глухарёв

Отряд молчал, пытаясь переварить услышанное.

— Подожди, — Харгрим помотал головой. — Ты убил врага. Ты выиграл дуэль. Из-за чего ты сбежал?

— Из-за чего⁈ — Лорис посмотрел на гнома с таким возмущением, словно тот только что предложил ему съесть тот самый кусок сушеного ската. — Глава Дома Валарио подошел ко мне после боя и сказал, что моя техника стала небрежной! Что я «испачкал репутацию Дома этой скотобойней»! Он осмелился критиковать мое искусство!

Южанин фыркнул, изящно поправляя волосы.

— Ну, я и вспылил. Я сказал ему, что если он так хорошо разбирается в искусстве, то пусть попробует сам. А потом я взял и отрезал ему ухо. Прямо там, на трибуне. Очень чисто, между прочим, идеальный срез.

Он грустно вздохнул.

— Как оказалось, торговцы специями совершенно не ценят прекрасное. На следующий день за мою голову назначили награду в десять тысяч золотых. Пришлось срочно покинуть Юг и перебиваться грязными контрактами в этих вонючих землях, пока мне не предложили куш, который позволит купить собственный остров и никогда больше не видеть ваших рож.

В повисшей тишине раздался густой, басовитый голос Крэга:

— Крэг считает, что ухо — это хорошо. Ухо хрустит.

Лорис посмотрел на бугая, затем перевел взгляд на небо, словно прося у Теоса терпения, и вернулся к полировке кинжала.

Пока остальные укладывались спать, завернувшись в плащи поближе к углям, я заметил, как Даррен отошел в тень скал. Его компаньон бесшумно последовал за ним. Я подождал пару минут, убедился, что Бран захрапел, а Харгрим отвернулся к стене, и так же бесшумно скользнул следом, сливаясь с темнотой. Я не подходил близко. Мои уши, привыкшие слышать щелчки замков сквозь толстые дубовые двери, ловили каждый звук.

— … лошади больше не вытянут, — это был голос Даррена. Тихий, напряженный. — Если мы полезем дальше через скалы, мы потеряем половину животных до завтрашнего вечера.

Ответа молчуна я не услышал. Возможно, он просто кивнул или сделал жест.

— Я знаю, что это риск, — с раздражением продолжил командир, словно споря с чьим-то невысказанным аргументом. — Но посмотри на карту. Завтра мы выходим к самому подножию. Змеиный Хребет не перевалить по диким тропам. Чтобы попасть в Ущелье Слепого Короля, нам нужен мост над пропастью. А мост находится только на Старом Тракте.

Снова тишина. Затем Даррен тяжело выдохнул.

— Да, мы будем как на ладони. Засады наверняка сдвинулись. Если они поняли, что мы ушли с дорог в вереск, они стянут силы к узким местам. К перевалам. Нам придется вернуться на тракт, и нам придется сделать это завтра. Подготовься. Завтра может быть жарко.

Я бесшумно отступил назад и вернулся к своему валуну.

Значит, завтра мы возвращаемся в игру. Прогулка по бездорожью закончилась. Я посмотрел на засыпающий лагерь. Сборище психопатов, дикарей, воров и неудачников, ведомых наемником, который боится собственной тени. Мы идем в город, откуда не возвращались целые армии, и при этом даже не можем дойти до его границ без того, чтобы нас не попытались убить сородичи.

Утро встретило нас пронзительным холодом, от которого стыла кровь. Небо расчистилось от облаков, но солнца не было видно за высокими, черными пиками Змеиного Хребта, которые теперь нависали над нами, как исполинская челюсть. Мы двинулись в путь на рассвете. Лошади шли тяжело, их копыта скользили по каменным осыпям. Пейзаж стал суровым, почти монохромным. Серые скалы, черные тени, редкие пучки пожухлой, блеклой травы. Ветер здесь не встречал препятствий — он гулял по склонам, срывая мелкие камни и швыряя их нам в лица.