Книга Адмирал Империи – 61, страница 6 – Дмитрий Коровников

Четверо преображенцев атаковали одновременно, со всех сторон. Их штыки сверкали в полумраке, нанося удар за ударом. Один достиг цели — прожёг борозду вдоль спины робота. Другой — вошёл в бедро, повреждая сервопривод ноги. Третий — скользнул по рёбрам, не пробив броню, но оставив глубокую вмятину.

Робот оборонялся — отчаянно и яростно. Его руки и ноги мелькали, нанося удары, каждый из которых мог быть смертельным. Один гвардеец упал с раздробленным плечом. Другой — отлетел к стене, получив удар ногой в грудь.

Но андроид тем не менее, был ранен. И — что важнее — он понимал, что проигрывает.

В следующее мгновение робот сделал нечто неожиданное. Вместо того чтобы продолжать оборону, он рванулся вперёд — прямо на ближайшего гвардейца. Механические пальцы сомкнулись на стволе его винтовки, вывернули оружие из захвата и…

Теперь у робота была винтовка.

— Осторожно! — крикнул Савельев. — Он вооружён!

Предупреждение запоздало на долю секунды. Короткая очередь прошила грудь одного из офицеров, отбросив его назад. Ещё одна — ударила в гвардейца, который пытался зайти сбоку.

Робот двигался и стрелял одновременно. Его повреждённая нога немного волочилась, но это не мешало машине убивать. Выстрел — и ещё один офицер упал. Короткая очередь — и гвардеец схватился за пробитое горло.

Савельев выстрелил в ответ — три раза, четыре, пять. Пистолет щёлкнул пустым затвором, и капитан швырнул его в робота — бесполезный жест отчаяния. Машина даже не отклонилась.

— Бегите! — крикнул кто-то из гвардейцев.

Но бежать было некуда. Да и незачем.

Савельев поднял руки — не в жесте сдачи, а в боевой стойке. Он знал, что умрёт. Знал, что ничего не может сделать против робота голыми руками. Но умереть, сражаясь, было лучше, чем умереть, убегая.

Механическая рука обрушилась на него — и капитан третьего ранга Савельев перестал существовать…

У другой стены еще один робот сражался против еще одной сводной группы. Здесь бой шёл ещё ожесточённее — восемь гвардейцев и двое офицеров окружили машину, пытаясь взять в кольцо. Андроид двигался среди них с грацией хищника — смертельной, завораживающей. Каждое движение было произведением искусства разрушения.

Но и он получал повреждения.

Один из гвардейцев — здоровенный детина с нашивками старшего сержанта — сумел вогнать свой штык в локтевой сустав робота. Плазменное лезвие прожгло сочленение насквозь, и рука андроида повисла, как сломанная ветка. Машина издала странный звук — нечто среднее между скрежетом металла и электронным визгом — и отступила на шаг.

— Он повреждён! — закричал старший сержант. — Навалимся, братва, пока не очухался!

Ватага преображенцев бросилась на робота одновременно. Их штыки сверкали в полумраке, нанося удар за ударом. Андроид оборонялся одной рукой — отчаянно, но уже не так эффективно. Ещё один удар достиг цели, прожигая броню на бедре. Ещё один — на спине.

Робот отступал. Медленно, но неумолимо. Его сенсоры мерцали, системы отказывали одна за другой. Он всё ещё пытался сражаться — одной рукой, на одной ноге, с половиной функционирующих систем — но исход был предрешён.

Последний удар — глубокий, контрольный — вошёл ему в голову. Плазма прожгла черепную пластину, добралась до центрального процессора. Алые сенсоры вспыхнули ярче — на долю секунды — и погасли. Тело робота рухнуло на пол, его конечности дёрнулись в последних конвульсиях и замерли.