Книга Город потерянных душ, страница 208 – Кассандра Клэр

Он убрал прядь ей за ухо.

— Ни на минуту мне не даешь расслабиться. Ладно, за это я тебя и люблю. Та вот, насчет другой вещи, которую мы так и не сделали в Париже, – похоже, пока она отменяется. Если только ты не хочешь, чтобы фраза «детка, я весь горю» стала буквальной.

— И целоваться не будем?

— Целоваться – возможно, но насчет остального…

Клэри легонько потерлась щекой о его щеку.

— Если ты не против, то и я не против.

— Конечно, против, я же парень. Это худшее, что со мной случалось с тех пор, как я узнал, за что Магнусу запретили появляться в Перу. – Его взгляд смягчился. – Но это ничего между нами не меняет. Я всегда чувствовал, что мне не хватает частички души. И нашел ее в тебе, Клэри. Знаю, я говорил тебе, что не важно, существует Бог или нет, мы все равно одни. Но с тобой я не чувствую себя одиноким.

Она закрыла глаза, чтобы он не увидел ее слез – впервые за долгое время слез радости. Не важно, что Джейс так и не коснулся ее, что его руки лежали на коленях, облегчение было таким сильным, что смыло все остальное: попытки понять, где Себастьян, страх неведомого будущего – все отошло на второй план. Ничего больше было не важно. Они вместе, Джейс снова стал собой.

Она почувствовала, как он осторожно коснулся губами ее волос.

— Лучше бы ты не надевала этот свитер, – пробормотал он ей на ухо.

— Это для тебя хорошая практика, – ответила она, едва касаясь губами его кожи. – Завтра надену чулки в сеточку.

И почувствовала, как он смеется, теплый, родной.

— Брат Енох, – сказала Мариза, поднимаясь из-за стола. – Спасибо, что так быстро присоединились к нам с братом Захарией.

«Это касается Джейса? – спросил брат Захария, и, если б Мариза не знала, что это невозможно, в его ментальном голосе послышалось беспокойство. – Я проверял его сегодня несколько раз. Состояние не изменилось».

Енох зашуршал сутаной.

«Я просматривал архивы и древние записи на тему небесного огня. Кое-что о его высвобождении я нашел, но вы должны проявить терпение. Не нужно звать нас. Если появятся новости, мы обратимся к вам сами».

— Дело не в Джейсе. – Мариза вышла из-за стола, стуча каблуками по каменному полу библиотеки. – Дело совсем в другом.

Он перевела взгляд на пол. Посреди лежало нечто объемное и бугристое, прикрытое ковром, заслоняя плитки, составлявшие изображение Чаши, Меча и Ангела. Мариза наклонилась и сдернула ковер.

Безмолвные братья, конечно, не ахнули, не издали ни звука, но разум Маризы наполнился какофонией, эхом потрясения и ужаса. Брат Енох отступил, брат Захария прикрыл лицо длиннопалой рукой, словно пытался защитить зашитые глаза от безумного зрелища.

— Утром их здесь еще не было, – сказала Мариза. – Я нашла их, вернувшись после обеда.

На первый взгляд ей показалось, что какая-то очень большая птица залетела в библиотеку и погибла, ударившись о стекло высокого окна. Но чем ближе она подходила, тем очевиднее становилась правда. Она не стала рассказывать Братьям о шоке, потрясшем ее до глубины души, об отчаянии, пронзившем как стрела. О том, как, поняв, на что смотрит, она добралась до окна и ее стошнило наружу.

Пара белых крыльев… вернее, не совсем белых – это была смесь цветов, переливающихся, стоило взглянуть на пол под разными углами: бледно-серебристый, фиалковый, темно-голубой. Каждое перышко – с золотым напылением по краю. Из крыльев торчали уродливые обрывки сухожилий и куски отпиленных костей. Крылья ангела – ангельские крылья! – отрезанные от живого ангела. Пол заливала ангельская кровь цвета жидкого золота.