Книга Когда загорится Луна, страница 110 – Ольга Валентеева

— Си! – воскликнул Лёша. – Симона!

Но ему уже никто не ответил. Только зареванная растрепанная Тася добиралась к ним по снегу, проваливаясь в него, потому что дорожка, созданная Демьяном, постепенно исчезала. Леший выхватил ее из очередного сугроба, обнял и погладил по голове, как маленькую, и Тася вдруг разрыдалась, громко, отчаянно. Она цеплялась за брата, как за последний якорь, который смогла найти.

— Всё, всё… – шептал ей Леший. – Всё закончилось, сестренка. Всё позади.

Это было последнее, что помнил Демьян. Перед глазами потемнело, а щека почувствовала холодный мокрый снег…

Приходить в себя в больнице – то еще удовольствие. Раньше Дёме не доводилась испытывать подобного. Что же, все когда-нибудь бывает впервые. Когда он очнулся, над ним нависал стерильно-белый потолок с одинокой лампой. Потолок выглядел незнакомым, однако сразу захотелось его зарисовать. Демьян попытался подняться и застонал от головной боли. Голова прямо-таки раскалывалась! Казалось, еще немного – и треснет, разлетится на части.

— Дёма?

Он не поверил своим ушам.

— Мама? – просипел он, чуть приподнимаясь.

— Ты лежи, лежи. – Его мать, заплаканная, осунувшаяся, склонилась над постелью. – Я приехала вчера, мне позвонили из больницы. Как так получилось, Дёма?

— Непогода, – проговорил он.

Это все, что его маме нужно знать.

— А я говорила: нечего тебе здесь делать! – завела она все ту же пластинку. – У нас, конечно, тоже снежило, но не настолько! А тут прямо бедствие какое-то!

— Все в порядке, мам. Это могло случиться где угодно.

— А случилось с тобой тут! Что с твоими волосами? Ты покрасил их, что ли?

— М-м-м… Да.

Демьян соврал. Он представлял, на что сейчас походила его шевелюра. Видимо, теперь вместо каштановых волос он будет щеголять пепельно-русыми. Но ничего. Главное, что остался жив! И те, кто ему дорог, тоже. Вот только где они?

— Знаешь, Дёма, я хочу, чтобы ты вернулся со мной домой.

— Нет, мама! – резко ответил он. – И на этом разговор окончен! Я устал, прости.

Он закрыл глаза. Было слышно, как мать ходит по палате, а затем Демьян уснул.

Второе пробуждение вышло куда более приятным. Никто не кричал, не пытался утащить его в далекое Сколово. Рядом с койкой сидел Леший – в футболке, джинсах и больничных тапках. Видимо, не только Демьян угодил в больницу, но и его друг вернулся туда же.

— А, проснулся! – весело сказал Лёша, и Дёма с радостью заметил, что тот выглядит спокойным, будто прошлое действительно осталось позади. – Мы с Таськой утром заглядывали, но твоя мама нас выгнала. Суровая женщина! А теперь она на вокзал поехала, билет брать на завтра. Врачи ее убедили, что отправляться на тот свет ты не собираешься. Кстати, она уверена: ты поедешь с ней.

— Не поеду, – тихо ответил Демьян. – У меня еще один экзамен. Хотел на Новый год, но… Нет.

— А зря, – вздохнул украдкой Лёшка. – Проведи время с мамой, пока есть такая возможность. Потом будешь жалеть.

— Может, ты и прав. – Дёма отвел взгляд. – Только после экзамена. Ты как?

— Врачи говорят, жить буду. Выпишут через недельку, – порадовал Леший. – Таська вот простудилась, но ты же знаешь Тасю: ее не заставишь сидеть на месте. Убежала на свой экзамен.

— Да уж, не заставишь. А Соколов?

— А что с ним будет? Приезжал вчера вечером, побыл немного. Говорил про какие-то новые ритуалы, которые вычитал в дедовой рукописи.