Книга Ромашка для ведьмы, страница 84 – Ольга Валентеева

— Любовь бывает разной, — улыбнулся мой собеседник. — И раз ты плачешь, значит, любишь. Но на самом деле не о чем грустить. Впереди у вас долгий путь. И на нем будет много разных вех, главное, не доиграйтесь до кувшина.

— Ты говорил, что попал в кувшин из-за любви, Али.

— Да, — кивнул он. — Я очень любил девушку, но ее родители происходили из древнего и знатного рода, а я не отличался знатностью, зато был сильным волшебником. Я похитил Наари и увез далеко-далеко, но и там нас нашли. Ее и нашего сына увезли, а меня заточили в кувшин, так как знали: иначе я верну жену и убью тех, кто нас разлучил. Поэтому я знаю, что такое любовь, Марьяна. И желаю, чтобы ты была счастлива.

Али подернулся дымкой и исчез, а я осталась. Как грустно… Но мы с Ромашкой хотя бы рядом, и у меня есть время разобраться в своих чувствах. Главное, чтобы не было поздно.

— А сейчас я исполню для вас балладу, написанную совсем недавно, — угрожал Данелий.

— Не надо! — взвыли мы слаженно.

Оказалось, фантазия Дана воистину неистощима, а еще он обладает звучным сильным голосом и может петь часами напролет. За последние два часа мы выслушали историю любви князя Альберта Третьего и его супруги Феодоры, затем фривольные куплеты о супружеской неверности, балладу о битвах последней войны, стихотворение о мертвой деревне, которое тоже грозило со временем превратиться в балладу, так что еще одну историю я бы просто не пережила!

— Между прочим, она очень интересная, — обиделся сказочник, — и посвящается Марьяне. Так как, Марьяна, исполнить?

— Давай в другой раз?

— Как прикажешь, как прикажешь.

Несмотря на вокальные пытки, Дан быстро влился в нашу компанию. Бон ехал у него на плече, Итен и Слав поглядывали на нового спутника вполне дружелюбно, а девушки — заинтересованно, и только Ромашка хмурился. Я так и не отдала ему свой подарок. Почему-то было стыдно и хотелось оправдаться, хоть я и не считала, что отказ делает меня виноватой. Тем не менее Ромаш ехал рядом со мной, и я чувствовала себя в безопасности.

Вокруг давно уже стемнело, и дневной зной уступил место ночной прохладе. Даже хотелось достать из сумки накидку, но я решила потерпеть до привала. Мы должны были остановиться около полуночи. Я ждала этого и боялась одновременно, потому что можно не разговаривать в пути, но на привале глупо сидеть и молчать.

Однако время привала неминуемо настало. Мы решили остановиться на час, легко перекусить, и затем снова двинуться в путь. Итен и Ромаш быстро обустроили место для отдыха, Бон летал над их головами, и только Али оставался скрытым от чужих глаз. Слав же тихонько сидел рядом с Тишкой и бросал на нее влюбленные взгляды, а подруга цвела, как майская роза, и едва ли не пела. Любовь…

Я покосилась на Ромашку. Наши глаза встретились, но мы тут же отвернулись друг от друга. Вот бука! За ужином я села рядом с ним, но мы и словом не перемолвились, будто между нами выросла стена. И что мне с ним делать? Как быть, когда самый родной человек отворачивается?

— Ромаш, нам надо поговорить, — шепнула ему.

— Мы уже поговорили днем, — угрюмо ответил Ромашка.

— Да, но мне кажется, что ты неправильно меня понял.

— Я не дурак, Марьяна, — вздохнул он. — Поэтому сомневаться не приходится. Но ты не беспокойся, я на тебя не злюсь и не обижаюсь, мы все равно остаемся друзьями.