Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 294 – Дэниел Абрахам

Ее остановил голос Даната:

— Ты не сможешь, Идаан. И я запрещаю тебе покидать дворец.

Она остановилась и, повернувшись, посмотрела на брата. Он толще отца, у него оплывшие щеки и второй подбородок.

Идаан приняла позу несогласия.

— Вообще-то, я неплохо стреляю из лука. Я найду Оту Мати и убью своими руками.

— Ты моя младшая сестра. Ты не можешь рисковать.

У Идаан в груди словно разгорелось черное пламя. Она шагнула к Данату; казалось, еще немного – и гнев подхватит ее, как ветер срывает лист и уносит далеко от дерева.

— А если я справлюсь, то ты будешь опозорен. У меня – груди, а у тебя – член, и, значит, я должна помалкивать, выполнять твои приказы и радоваться? Так вот, этому не бывать. Слышишь? Мной никто не будет командовать; я не буду никому принадлежать; гордость для меня не пустой звук. Если считаешь, что женщина должна держаться в тени и прятаться по углам, как мышка, то ты и есть женщина. Как тебе такое? Приятно?!

Под конец она даже сорвалась на визг, а кулаки сжала настолько сильно, что ногти впились в ладони. Лицо Даната стало серым и словно окаменело.

— Ты меня позоришь, – сказал он.

— Терпи, – ответила Идаан и сплюнула себе под ноги.

— Пошли за моим личным слугой, пусть принесет мой лук. А потом ступай к Адре. Охоту без меня не начинать.

Идаан так хотела отказать Данату и прямо заявить, что это никакая не храбрость, просто он больше смерти боится потерять уважение утхайема, а значит, он не только труслив, но еще и глуп. Вот она-то по-настоящему храбра и ни перед чем не остановится. А он? Пищит, как брошенный котенок. А она… она – Ота Мати. Она – Выскочка, который достоин занять хайский трон. Она ради этого пошла на убийство родного отца. Данат на такое никогда бы не решился.

Но она сдержалась, потому что правда все бы разрушила. Правда всегда все разрушает. Идаан проглотила эту правду, загнала глубоко внутрь, где та продолжит разрушать ее душу, и приняла позу безропотного согласия.

Она выиграла. И он скоро это поймет.

Как только личный слуга Даната побежал за хозяйским луком, Идаан вернулась в свои покои и переоделась в костюм для охоты – просторные шаровары и красную кожаную рубашку. Потом какое-то время сидела у туалетного столика и просто смотрела на свое отражение в зеркале. Глаза без туши казались маленькими и плоскими, губы без помады – бледными и широкими, как у рыбы, а щеки без пудры и румян – впалыми. У нее лицо крестьянской девушки, которая ходит за плугом, а своей красотой она обязана искусно наложенному макияжу.

Что ж, когда-нибудь она снова накрасится, но сегодня не самый подходящий для этого день.

У дворца Ваунеги их ожидали охотники, лошади гарцевали на брусчатке. Увидев наряд Идаан, Данат принял позу вопроса. Она не ответила, а сразу подошла к одному из охотников, приказала спешиться, забрала у него меч и лук и уселась на его лошадь.

Адра подскакал к ней. Его конь был крупнее, и он смотрел на нее сверху вниз, как будто стоял на ступеньку выше.

— Мой брат возглавит охоту, – сказала она. – Я поеду вместе с ним.

— Думаешь, это разумно? – холодно спросил Адра.

— Я и так в последнее время слишком о многом тебя просила, Адра-кя.

Его лицо было недовольным, но возражать он не стал.

Из-за стен дворца выехал Данат Мати. Всадник в светлых траурных одеждах верхом на огромном охотничьем жеребце – воплощение решимости и мужественности. Его сопровождали пять наездников – его друзья, знатные утхайемцы, которые, на свою беду, узнали об охоте и увязались за ним в надежде если не отличиться, то повеселиться. Теперь и с ними надо будет как-то разобраться.