Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 259 – Дэниел Абрахам

Маати вытер глаза тыльной стороной кисти.

— Лиат сказала, что устала от моего нытья, и что наш мальчик достоин того, чтобы получать от жизни хоть какую-то радость, и что она тоже этого достойна. И я лишился их, как лишился уважения людей, вместе с которыми жил и работал в одном селении бок о бок. Меня изводило чувство вины – вины в том, что я потерял Лиат и мальчика, а до этого увел ее у тебя. Я постоянно думал, что она могла быть счастлива с тобой, а ты с ней. Если бы я не предал тебя тогда, в этом мире, возможно, ничто бы не нарушилось. И ты мог бы остаться. Такой была моя жизнь, пока меня не призвали и не поручили охоту на тебя.

— Понимаю, – сказал Ота.

— Мне так тебя не хватало, Ота-кя. И не было в моей жизни человека, которого бы я ненавидел столь же сильно. Я долгие годы ждал, когда же смогу сказать тебе это. Вот, сказал. А теперь ты скажи, чего от меня хочешь.

Ота собрался с духом и прямо ответил:

— Хочу, чтобы ты мне помог. Есть одна женщина. Она была моей возлюбленной, но, когда я рассказал ей… когда рассказал о моей семье, о моем прошлом, она прогнала меня. Побоялась, что наши отношения поставят под угрозу ее жизнь и жизнь тех, за кого она отвечает.

— Значит, она мудрая женщина, – произнес Маати.

— Я пришел сюда, надеясь, что ты поможешь защитить ее, – сказал Ота, и его сердце стало тяжелым и холодным, как льдина. – Наверное, я хочу слишком многого.

Маати рассмеялся, но это был глухой и безрадостный смех.

— И каким же образом я смогу ее защитить? – спросил он. – Может, мне надо убить твоих братьев? Или сказать хаю, что дай-кво приказал ее не трогать? Это не в моей власти. У меня вообще нет никакой власти, ни над чем. Мне дали шанс на искупление. Меня призвали и послали за тобой, потому что я знаю тебя в лицо. И я не смог ничего добиться, пока ты не явился в дворцовый городок и не попросил о встрече со мной.

— Пойдем вместе к моему отцу. Я отказался от клейма, но теперь приму его. Я перед всеми, кого хай призовет в свидетели, откажусь от притязаний на престол. Только не дай ему убить меня прежде, чем я это сделаю.

Маати посмотрел на Оту. Воробей вернулся, на мгновение сел на скамью между ними и снова улетел.

— Отказ от права на престол – это не шутки. Однажды ты уже отступил от правил, пересек черту, и если вернешься…

— Я не…

— Тебе не поверят. Но даже если поверят? Тебя так боятся, что предпочтут видеть мертвым.

Ота сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и уткнулся лицом в ладони. Ему казалось, что даже воздух стал густым и тяжелым. Его надежды – чистое безумие, но даже если все они рухнут, он хотя бы убережет Киян от гибели.

Да, пришло время положить этому конец. Люди не должны платить такую высокую цену только за то, что когда-то были с ним близки.

Ота выпрямился. Его руки спокойно лежали на коленях, но он все еще ощущал в них внутреннюю дрожь.

— И что ты собираешься делать? – спросил он.

— Собираюсь сейчас же позвать стражников, которые ждут вон за той дверью, – обманчиво спокойным голосом ответил Маати. – Я отведу тебя к хаю, а уж он решит, кто ты – убийца его сына Биитры, которого надлежит предать мечу, или законный сын Мати, которого следует отпустить, чтобы он пал от руки кого-нибудь из старших братьев. Я выступлю в твою защиту и предоставлю все, какие смог найти, свидетельства того, что убийство Биитры не твоих рук дело.