Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 249 – Дэниел Абрахам

— Все-то ты знаешь, дед, – не выдержал Ота.

Если кто-то и мог уловить раздражение в его голосе, то уж точно не старик. Тот как будто вообще ничего не замечал. Он снова довольно хохотнул:

— Это потому, что я везде побывал и много чего перепробовал. Даже участвовал в охоте на хая Амната, старшего брата Тана, когда там в последний раз боролись за престол. Нас и было-то с десяток, а зима стояла лютая, моча замерзала на лету. Ой, что это я…

Старик принял позу извинения перед молодухой, а Ота спрыгнул с повозки. Ему до смерти надоели россказни попутчика, а эту историю он тем более не хотел слушать.

По сторонам извилистой дороги тянулся высокий сосновый лес. Ота вдыхал пахнущий хвоей и смолой морозный воздух и представлял, как выглядит эта местность, укрытая снегом. Картинка была такая яркая и четкая, будто он когда-то уже ее видел.

И тут с запада донесся стук копыт. Ота уже не в первый раз заставил себя не напрягать плечи и притворился, будто ему так же, как и другим, любопытно посмотреть, кто скачет.

Их обоз уже дважды обгоняли посыльные на быстрых скакунах, и Ота прекрасно понимал, что вести, которые они доставляют, связаны с его розыском.

После своего разоблачения Ота с огромным трудом заставил себя не побежать со всех ног. Ищут того, кто притворяется посыльным и замышляет убийство либо бежит из Мати как заяц. Никто не обратит внимания на простого чернорабочего, что плетется с обозом в предместье Сетани погостить у сестры. Ота в этом не сомневался, но все равно чем ближе подъезжали всадники, тем труднее ему становилось дышать.

Он внутренне сжимался от мысли, что мог в прошлом пересекаться с кем-нибудь из этих посыльных.

На сей раз их было трое. Судя по одежде и хорошим скакунам, все из хайема, и никого из них Ота раньше не встречал. Посыльные придержали коней возле обоза, но стражники, возчики и все, кто ехал в повозках, закричали, пытаясь узнать свежие новости.

Один из посыльных обернулся и что-то прокричал в ответ, но Ота не разобрал слов.

Десять дней в пути. Еще шесть до Сетани. Главное – не оказаться там, где его будут искать.

До постоялого двора добрались, когда солнце еще висело в трех с половиной ладонях над верхушками деревьев. Двор был построен в северных традициях: толстые стены, на первом этаже – конюшня и загон для коз, чтобы зимой тепло от скотины помогало согревать дом.

Пока торговцы и стражники спорили, останавливаться здесь или проехать дальше и заночевать на свежем воздухе, Ота осмотрел окна и обошел дом. Киян объяснила ему, по каким приметам можно определить, не в сговоре ли с грабителями хозяин и не готовят ли на кухне из плохих продуктов. Этот постоялый двор она бы наверняка оценила высоко, а значит, и заночевать здесь вполне безопасно.

Когда Ота вернулся к повозкам, его попутчики уже приняли решение остаться. Ота помог завести лошадей в стойла; повозки закатили в огороженный двор.

Старший обозник поторговался с хозяином постоялого двора, как про себя отметил Ота, в результате слегка переплатил.

Ота поднялся на второй этаж, в комнату, где, кроме него, разместили пятерых стражников и трех возчиков, в том числе болтливого старика. Комната была тесная, Ота, памятуя о том, что один из возчиков слишком громко храпит, решил вздремнуть, пока тут тихо, чтобы утром бодро себя чувствовать, и свернулся в углу калачиком.