Книга Плохой. Отныне ты моя, страница 22 – Ника Княжина

— Готовы внимать, — киваю я с усмешкой.

— В общем, у меня несколько условий к твоей новой жизни, — продолжает он. — Если будешь косячить, будут жёсткие меры.

Я приподнимаю бровь, внутри поднимается гнев. Какого хрена? Мы только зашли, а он уже вываливает на меня условия. Кто так начинает, а? Только мой батя.

— Во-первых, ты возвращаешься в университет. Это не обсуждается, — произносит он тоном, не терпящим возражений.

— Супер, — ворчу я, не в силах сдержать сарказм. — Возвращаюсь в университет, и что? Второгодником буду на третьем курсе? Или будем давать взятки, чтобы преподы закрыли глаза на то, что я полгода там не появлялся и пропустил уже нахрен зимнюю сессию?

— Никаких взяток, — резко отрезает отец, качая головой. — Теперь ты будешь учиться примерно. Будешь подлизываться и умолять, чтобы тебе дали задания, а потом внеплановые тесты, зачёты. Нагонишь. Будешь жопу рвать и выполнять всё, чтобы не вылететь.

Я громко смеюсь. Эта идея кажется мне просто абсурдной. Пиздец заява. Мне бегать по преподам и что-то там умолять? А не обломятся ли они? С хера ли мне так заморачиваться? Кажется, что отец просто хочет меня сломать, заставить плясать под свою дудку.

Я и не пытаюсь скрывать свои чувства, показываю всем своим видом, что я думаю об этом бреде. Не сказать, что для меня это напряг будет. Не такой уж я и тупой, при желании смогу и сдать всё. Вот только нахрена мне это надо?

Бабла отстегнуть и всё. С каких это пор батя решил в праведника поиграть, да ещё меня на эту сторону перетянуть? Я прекрасно знаю, что он сам даёт взятки направо и налево, а теперь требует от меня честности и порядочности. Лицемер!

— Нагонишь, — повторяет отец строго, прожигая меня взглядом. — Не выполнишь задания и вылетишь, я тебе не помогу с устройством на работу, понял?

Опаньки. А вот и ещё один прикол. Мне даже стрёмно сейчас спрашивать, какую работу для меня батя приготовил. Наверняка, что-то отстойное. Дайте угадаю? Начать карьеру каким-нибудь мальчиком на побегушках в администрации?

Он явно пересмотрел концепцию моего воспитания. Поздновато спохватился. Теперь хочет контролировать каждый мой шаг, сделать меня зависимым от себя. Вот только надо было об этом думать лет так десять назад, если не раньше.

Пиздец. Что у него в голове творится?

— На работу… — медленно тяну я, будто размышляя над его словами. — Я буду учиться и работать? Так?

— Конечно, блядь, так! — рычит отец, явно недовольный моей реакцией на его гениальные предложения. Вижу, как сжимаются костяшки его пальцев, выдавая его настоящую реакцию. Злится. Он всегда злится, когда я не подчиняюсь его воле. Глубоко затягивается и продолжает, выпуская дым: — Ты должен стать теперь образцовым человеком.

Ммм… Звучит охереть как весело. Законопослушный гражданин Алексей Тенин.

Меня передёргивает от этой мысли. Да никогда! Я слишком долго жил по своим правилам, чтобы сейчас меняться.

— И больше, мать его, не позорить меня! — ворчит дальше батя. Открывает дорогой коньяк, который стоит на журнальном столике между нами и плескает себе в стакан. Тут ещё один есть, но мне не предлагает, зараза. — Теперь ты будешь учиться, да так, чтоб все кругом смотрели и видели в тебе пример. Во-вторых, ты устроишься на канцелярскую должность в администрацию, я попрошу нужных людей. Будешь носить бумажки из кабинета в кабинет для подписи. Начнёшь с самых низов. Сначала на неполный рабочий день. Летом будешь пахать, как все. У тебя теперь семья, — хмыкает отец и кивает на Сашу, — будешь обеспечивать.