Книга Фол последней надежды, страница 85 – Юля Артеева

Офигевшим взглядом нахожу источник звука, и конечно это подруга Гели — Абрикосова Арина. Тот еще персонаж. Смеюсь, пока она слетает со школьного крыльца и атакует Ангелину крепкими объятиями. Нехотя отпускаю ее руку, чтобы дать девочкам наобниматься.

— Чего ты орешь, ненормальная?

— А ты на какую реакцию рассчитывала? Мы этого с какого класса ждали, с седьмого?

— Тихо, малохольная, — шикает Геля.

Я соображаю слишком туго, как и полагается типичному футболисту. Оборачиваюсь на Богдана, который почему-то напряженно замер и снова хмуро смотрит исподлобья. Но уже не на меня, а на девчонок.

— С какого класса ждали? — уточняю обескураженно, не догоняя суть.

Геля хватает меня за плечо и говорит:

— Неважно! Она у нас немного, ну, странненькая.

— Я?! — вопит Абрикосова возмущенно.

— Ага, тепленькая, — поясняет Богдан с каким-то мстительным удовольствием.

— Главное, что ты, Субботин, супер адекватный.

— Сомневалась?

— Да не дай боже!

Геля закатывает глаза и встает между братом и подругой:

— Тихо вы. Бесит, когда ругаетесь, понятно?

Информации и эмоций слишком много со всех сторон, поэтому я немного теряюсь. Но делаю то, что, как мне кажется, должно успокоить Гелю и совершенно точно успокоит меня.

Кладу ладонь сзади на шею своей девочке и притягиваю ее к себе. Нежно целую напряженные губы, заставляя ее расслабиться. Слишком льстит моему самолюбию то, как она тут же отзывается и подается ко мне всем телом. Целуемся мягко, снова изучая друг друга. Я успел полюбить это ощущение.

— Ребят, — слышу настойчивый голос Арины и отстраняюсь.

Смаргиваю и оглядываюсь.

Абрикосова тем временем тихо, но очень естественно подражает собачьему лаю:

— Буф, вуф! Берегитесь, утки, терьеры взяли след.

Я веду взглядом в сторону и напарываюсь, конечно, на Зайцеву с подружками.

— Терьеры? — хмыкает Богдан. — Скорее похожи на ротвейлеров.

*ставить автобус — на футбольном сленге название сверхосторожной оборонительной тактики, которая заключается в использовании почти всех полевых игроков на своей половине поля

Неосознанно я притягиваю Гелю ближе к себе и прижимаю к своему боку. Встречаюсь взглядом с Аленой и четко понимаю, что ничего хорошо ждать от нее не стоит. Все нутро неприятно холодит. Я машинально перебираю в голове, что рассказывал ей о себе, чем делился. Думаю, может ли она какой-то информацией воспользоваться.

Но размышляю об этом как-то отстраненно, я почти уверен, что Зайцева никак не может мне навредить. Так вышло, что мы никогда не говорили по душам, они почти ничего обо мне не знает. Кроме того, что я люблю целоваться и ее бежевую юбку мини. При мысли об этом раздраженно дергаю головой и прижимаю Гелю к себе еще крепче.

Чувствую, как ни странно, стыд. Только почему?

— Вань, — зовет Геля тихо.

— Да?

— Все в порядке?

Я перевожу взгляд на Субботину и только тогда понимаю, что, нахмурившись, слишком пристально изучал Зайцеву.

— Да. Да, извини, Гель.

— Ты как будто сердишься.

— Просто не нравится мне, как она на нас смотрит.

Геля пожимает плечами и смотрит в сторону:

— Это логично, разве нет? Вы только что расстались. Ей кажется, что это из-за меня.

— А это не из-за тебя?

Она смотрит на меня округлившимися глазами, и я смущаюсь. Говорю что-то невнятное, перебирая пальцами Гелины волосы: