Книга Бывшая жена олигарха, страница 22 – Мира Линч

— На кухню иди, — сказал Сергей. — Лиза там, познакомишься поближе. Ты её видел на презентации, но в неформальной обстановке она совершенно другой человек.

Сергей даже не подозревал, насколько он прав.

Макс вошёл на кухню — и Лиза, стоящая у плиты с лопаткой в руке, почувствовала, как комната сузилась до размеров спичечного коробка. Он был в тёмных брюках и серой рубашке с закатанными до локтей рукавами — без пиджака, без галстука, но выглядел так, будто вышел с обложки мужского журнала. На его щеках ещё играл морозный румянец, а волосы были чуть влажными — наверное, шёл пешком, чтобы проветриться. Зевса с ним не было, конечно, и это казалось Лизе странным: будто он забыл дома часть себя.

— Добрый вечер, — сказал Макс, и его голос, низкий, чуть хрипловатый, прошёлся по её спине электрическим током. — Чем это так вкусно пахнет? Я думал, у нас деловой ужин, а тут ресторанный уровень.

— Лиза у нас мастерица, — похвалил Сергей, входя следом и открывая холодильник за вином. — Она всё умеет. И стейки, и пашот, и этот... как его... гратен. Если бы я её не знал, то подумал бы, что у неё в роду повара из Кремля.

Лиза улыбнулась — вежливой, дежурной улыбкой, которую десять лет оттачивала для гостей. Но когда её взгляд встретился с зелёными глазами Макса, улыбка дрогнула, стала другой: живой, почти смущённой. Она отвернулась к плите, чтобы он не видел её раскрасневшихся щёк.

— Садитесь за стол, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Стейки сейчас будут готовы.

Они сели в столовой — большой комнате с панорамными окнами, из которых открывался вид на Москву-реку, уже затянутую тонким льдом, и на огни набережной, мерцающие в темноте, как россыпь бриллиантов на чёрном бархате. Сергей занял место во главе стола, Макс сел справа от него, а Лиза — напротив мужа, так что она оказалась прямо перед Максом. Их разделяли два метра мраморной столешницы, ваза с фруктами, бокалы для вина и тарелка с ароматным мясом, но Лизе казалось, что между ними нет ничего, кроме воздуха, раскалённого до предела.

Сергей говорил о работе — о планах на следующий квартал, о китайской делегации, о новых рынках сбыта. Макс отвечал уверенно, толково, с той лёгкой самоиронией, которая так нравится начальникам: он признавал свои ошибки, шутил над собственными амбициями, но при этом ни на секунду не позволял Сергею усомниться в своей компетентности. Лиза слушала их разговор краем уха — её внимание было приковано к рукам Макса. К тому, как они сжимали бокал с вином, как длинные пальцы гладили ножку бокала (она знала это движение, оно было нервным, почти неуловимым), как он отодвинул тарелку со стейком, съев только половину — не потому, что не понравилось, а потому что не мог есть, когда внутри бушевал ураган.

Она знала этот ураган, потому что он бушевал и в ней.

— Лиза, ты что, не ешь? — спросил Сергей, заметив, что её тарелка почти нетронута.

— Немного голова болит, — ответила она, используя ту же самую ложь, что всегда. — Но вы не обращайте внимания.

— А я вот восхищаюсь вашей выдержкой, Елизавета, — сказал Макс, и его обращение на «вы», официальное, почти холодное, контрастировало с тем, как горели его глаза. — Сергей Александрович рассказывал, что вы сопровождаете его на всех важных мероприятиях. Держать лицо, когда вокруг пьют, спорят и обсуждают цифры — это талант. Я бы не смог.