Книга Я (не) твоя, дракон!, страница 81 – Елена Солт

Нортан шёл хорошо знакомой дорогой по коридору, освещаемому лишь светом факелов. Взглянул на девушку, обмякшую на руках безвольной куклой. Ханни не весила почти ничего.

И так и не пришла в себя, даже когда они приземлились.

Тем не менее зверь отчётливо слышал: жива. Просто истощена, выпита до последней капли. От вида запёкшейся крови над верхней губой девчонки челюсти раздражённо сжались. Пожалуй, лучше смотреть вперёд.

На пути ожидаемо не встретился никто. Оно и не удивительно, ведь хозяин давно забыл дорогу в дальний фамильный замок. И сейчас его здесь никто не ждал.

С ноги открыл дверь в спальню, залитую утренним серым светом. Осторожно и бережно пронёс Ханни и опустил на кровать. Выпрямился и некоторое время просто смотрел на неё.

— Ммм, — Ханни застонала во сне, её веки дрогнули.

— Спи! — проговорил тихо и коснулся тыльной стороной пальцев нежной девичьей щеки.

От этого простого прикосновения по телу будто разряд прошёл. Хотелось смотреть на неё бесконечно.

Межбровье Ханни теперь украшал крохотный золотистый символ расправившего крылья феникса. Гипнотизировал, притягивал взгляд, заставлял зверя суетиться и драл нутро слепой ревнивой жаждой обладать.

Вот почему к ней так сильно тянуло. Феникс. Охренеть просто.

Любой захочет себе такую.

Глаза жадно шарили по тонкой изящной шейке, как раз обхватить одной рукой и чуть сжать, по синей венке на краю лба.

Ноздри втянули одуряющий запах карамели и сладких булочек, так пахла только она. Рот тут же наполнился слюной. Сглотнул.

Моя!

— Не отпущу, — поклялся себе, а её предупредил.

Ханни спала в безмятежном неведении. С усилием оторвался от неё. Зашторил окна, скрывая солнечный свет и железные прутья решёток.

Тихо прикрыл за собой железную дверь. Задвинул наружный засов.

Обернулся и только тогда заметил Глену, здешнюю экономку хрен его знает сколько уже лет.

— Господин! — низко склонила голову. — Вы вернулись.

— Я отлучусь по делам, — посмотрел на покорно склонённую голову Глены. — У нас гостья. Когда очнётся, предложи ей ванну, поесть и переодень её во что-то более подходящее.

Глена поспешно кивнула и покосилась на засов. Усмехнулся её понятливости:

— Из комнаты не выпускай. Отвечаешь головой.

— Да, господин!

Ещё раз оглянулся, убеждаясь, что засов достаточно крепок, и двинулся по коридору в сторону большой башни.

Нужно уладить всё с Киртисом, пока тот не поднял лишний шум. Потом можно будет потолковать и с Ханни. Обрисовать ей новый расклад, так сказать. В котором от её мнения ничего не зависит, но знать это ей вовсе не обязательно.

Ханни.

Веки дёргаются быстро-быстро, глаза досматривают убегающий сон. Память подбрасывает последние события, и я резко открываю глаза. Сажусь на незнакомой кровати, в незнакомой комнате. Какой-то странный наружный шум не даёт покоя.

Где я?

Из-за щели в задёрнутых тёмных занавесках пробивается слабый красноватый свет. Спускаю с кровати ноги в ботинках. Встаю. Тут же хватаюсь за столбик балдахина. Под носом становится горячо. Вытираю указательным пальцем, принюхиваюсь: кровь.

Пошатываясь, пересекаю комнату, стискиваю края портьер, резким движением распахиваю их в стороны.

Ох!

Жмурюсь от алого закатного солнца.

А потом, постепенно раскрыв глаза, вижу остальное.

Железные прутья решёток. Бушующее бескрайнее море. Резко перестаёт хватать воздуха. Тянусь рукой к задвижке и открываю окно. В лицо ударяет сырой солёный воздух, пахнущий рыбой.