Книга Кара для предателя. Наследник бога-дракона, страница 92 – Элис Карма, Алиса Буланова

— Но это не просто ошибки! — возмущается Вермунд. — Где сейчас ярл Йоран? Что стало с северо-востоком? И где сама дроттнинг Эмма? Мне донесли, что ей пришлось бежать из столицы и скитаться по разным графствам в поисках защиты. Разве это правильно?! Она дочь покойного конунга, представительница древнего знатного рода.

— Я слышал, что дроттнинг опозорила своё имя и род, пойдя на супружескую измену, — угрюмо произносит Дагмар.

— Такие слухи пытался распустить Роальд. А вот до меня дошла информация, что Её Величество носит божественное дитя!

Я невольно напрягаюсь. То, что слух о положении Эммы дошёл до ярлов, очень скверно. Если они поверят в это, то договориться с ними будет гораздо труднее.

— Неужели? — бросает недоверчиво Вальгард.

— Калле! Чего ты молчишь?! Скажи им, о чём толковала твоя тётка! — снова подаёт голос Вермунд.

Я весь обращаюсь в слух, однако Калле не спешит с ответом. Видимо, понимает, что, подтвердив слова Вермунда, фактически признается, что укрывал у себя Эмму. Рыжий пёс! А ведь я доверял ему даже больше, чем остальным. Ну ничего, я ещё разберусь с ним позже. Сейчас главное — потушить пламя возмущения.

— Какой смысл слушать выжившую из ума старуху? — усмехается Дагмар.

— Эта, как ты говоришь, старуха — бывшая жрица Стамфара, — отвечает Вермунд. — Прямо как Гутрун. Кстати, никто не знает, что стало с самой Гутрун. А новой жрицы Роальда не видать. Не потому ли, что вместо своих прямых обязанностей, она греет постель Роальда?! Если жрица нечиста, она не больше не жрица — это каждый дурак знает. А если у Роальда нет жрицы, то значит, он не следует воле Стамфара!

Ярлы замолкают, задумавшись над словами Вермунда. Меня же охватывает негодование. Этот ублюдок посмел что-то сказать про Хейдрун! Направляюсь в зал советов с одним-единственным желанием — вырвать его гнусный язык и запихнуть его ему в глотку.

Я вхожу в зал, резко распахнув двери. При моём появлении часть ярлов за круглым столом испуганно оглядываются. Из всех, пожалуй, только отец не меняется в лице. Я бросаю злобный взгляд на Вермунда, и тот опускает глаза. Я прохожу мимо и занимаю своё место на троне. После оглядываю зал сверху вниз. Лица ярлов теперь хорошо видны, и в каждом я читаю раздражение, страх и нетерпение.

— Итак. Зачем вы пытались собрать совет без моего ведома? — спрашиваю я изобличающим тоном.

Первым отзывается Вермунд. Он поднимается с места и бросает на меня решительный взгляд.

— Мы собрались, чтобы выразить недоверие конунгу, — произносит, оглядывая остальных.

И пусть мне уже известно обо всём, я всё же вскидываю брови удивлённо.

— И в чём же причина такого дерзкого шага? — спрашиваю я как будто настороженно.

— Причин достаточно, — продолжает Вермунд, воодушевившись тем, что его не перебивают. — Во-первых, ложное обвинение дроттнинг Эммы. Во-вторых, заточение ярла Йорана без доказанной вины. И, наконец, нападение на его графство.

— Всё это ложь, — отвечаю я, наблюдая за его реакцией. — Дроттнинг Эмма сбежала сама, потому что понесла от своего любовника и испугалась последствий.

— Это лишь слова, — бросает Вермунд.

— Разумеется, — спокойно отвечаю я. — Как и всё, что вы сегодня здесь произносите.

Я вижу, как тает уверенность во взгляде Вермунда, как на лицах ярлов появляются сомнения.