Книга Позывной "Аббадон", страница 217 – Екатерина Воробьева

Джин метнула взгляд в сторону Кайда. Тот, словно почувствовав это, повернулся к ней лицом. В его хмуром взгляде она прочитала скорбь и стыд от содеянного. Но его внутренние терзания нисколько не умаляли его вины.

Доктор Николсон так же выглядел весьма подавленным. Ему определенно не нравилось все, что здесь сейчас происходило. Оно и понятно, и один, и второй привели своих людей на очевидное жертвоприношение для "высшей цели".

Одному Пансеку все происходящее приносило неимоверное удовольствие. Наблюдая за тем, как он браво раздает команды своим подчиненным, Джин гадала, что происходит в этот момент в его голове, какую выгоду он хотел поиметь от всего происходящего. В слепую преданность своему королю она слабо верила.

Когда Салазар наконец перестал кружить возле нее и встал напротив, Джин молча смерила его презрительным, ненавистным, холодным взглядом, сверху вниз. И это несмотря на то, что он по уровню был гораздо выше нее.

Салазар знал этот взгляд. Он до жути боялся его. Точнее, боялся он не самого взгляда, а то, что за ним последует. Она уже казнила его в своей голове, вынесла приговор и казнила. Оставалось лишь привести казнь в исполнение.

— Мне жаль, сестра. - торопливо, по привычке он начал оправдываться и сглаживать углы - Правда жаль.

Их зрительный контакт нарушили вошедшие в пещеру солдаты. Они несли медицинское оборудование и ритуальные принадлежности.

Джин молча наблюдала как бранящемуся парню и Аве, что так гордо сидела на своем троне, как истинная королева, вводят в вены иглы. Молча наблюдала за тем, как по резиновым трубкам побежала их кровь, заполняя собой пластиковые мешочки. Молча наблюдала, как к ней, с точно таким же мешочком, приближается Кайд.

Он упорно отводил от нее взгляд, упорно поджимал губы, и громко пыхтел.

— У меня прямо дежавю, профессор.

Жирный намек на прошлые обиды, в которых когда-то Кайд точно так же истязал маленькую Джин.

— Я не хотел всего этого. - тихо ответил он.

— Оу. Разумеется.

— Кто я такой, что бы противиться приказу короля?

Джин показалось, что он оправдывается больше для себя, нежели для нее, пытается найти весомые аргументы, что бы заглушить свою совесть.

— Не надейся, профессор. - улыбнулась Джин и наконец поймала его взгляд - Я все равно доберусь до тебя. В этой жизни или в следующей, но я доберусь до тебя. И до всех вас.

Кайд нервно сглотнул, утонув в синеве ее глаз.

— Профессор, ну чего ты там?! - окликнул его Пансек, явно не довольный его промедлением.

Кайд вышел из-под гипноза ее глаз и одним легким, точным движением ввел иглу ей в вену. По трубке весело забежала кровь, заполняя собой мешочек.

Салазар тем временем расставлял на алтаре ритуальную утварь: чаши, порошки, странные стеклянные палочки и массивную старую книгу. Как подозревала Джин - книгу заклинаний.

Раз когда-то у кого-то получилось отнять у основателей их силу, значит, рукописи заклинаний должны были сохраниться. И, видимо, Салазар их нашел, и теперь активно листал массивный том, ища нужное.

Закрыв глаза и сосредоточившись, Джин не оставляла попыток дотянуться до Тедди. Но браслеты надежно блокировали ее, не давали связующей нити затухнуть, но не позволяли до нее добраться, издевательски дразнили возможностью, не давая ей воспользоваться.