Книга Наследник для дона мафии, страница 54 – Тала Тоцка

Нам с Рафаэлем хватит до конца наших дней. Мне только надо продать свой махр — фамильные драгоценности Ди Стефано.

Старый антиквар Анджело подключил свои связи и помог переправить их из Турции в Потенцу по своим каналам. Это стоило мне нескольких монет и двух рукописей.

Конечно Анджело спросил, где я взяла такую дорогую вещь. Мне не пришлось ничего придумывать, я сказала, что эти украшения мне подарил в качестве махра мой муж Окан Йылдыз. А где он их взял — купил или украл, — я не знаю.

Анджело по роду своей деятельности процентов на тридцать имел дело с подобными вещами, поэтому дальше расспрашивать не стал. Зато теперь фамильные драгоценности Ди Стефано хранятся в банковской ячейке в Потенце.

Продать в готовом виде их нельзя, слишком опасно. Но Анджело обещал что-то придумать. Возможно, придется продавать камни по-отдельности. Пока их время еще не пришло.

— Принести чай, синьор? — заглядываю к Феликсу, когда особняк уже укладывается спать.

Я приучила его к тому, что он обязательно что-то пьет перед сном. Даже просто воду с лаймом и мятой.

— Принеси, только не очень горячий, — Феликс лежит в кровати с ноутбуком.

Ставлю прямо на кровать столик-поднос и стараюсь не смотреть на голый мускулистый торс. И на четко очерченную твердую выпуклость в области паха, которую мягкий трикотаж домашних штанов не предназначен скрывать.

Поэтому я ее скрываю столиком-подносом.

— Я тебя не поблагодарил за ужин. Ты где так научилась готовить, ммм? — мужская рука ловит мою руку, и я не успеваю отойти от кровати.

— Вы пейте, синьор... Я вам уже говорила, я закончила специальные курсы перед тем, как подать резюме.

— А какие курсы ты еще закончила? Что ты еще умеешь? — его голос звучит так, что у меня у самой перед глазами стены покачиваются и плывут.

Возьми себя в руки, Милана. Черт, Роберта! Не поддавайся. Ты здесь не за этим.

А за чем? Может ну его все к черту, и пойти за этим? Я же его люблю...

— Синьор, вы сейчас прольете чай на постель.

— А ты разве ее не поменяешь? Луиджи экономит на постельном белье?

Ну как с ним можно разговаривать, когда он вот так смотрит? Ну хоть чай пьет...

— Я хотел у тебя спросить по поводу Рафаэля... Иди сюда, — он тянет меня за руку, разворачивает ко мне ноутбук.

Отставляет в сторону столик-поднос, и внезапно я оказываюсь на кровати рядом с Феликсом. Вновь осознаю, какая она огромная. Зачем ему такая большая?

Оглядываюсь вокруг, упираясь сзади на руки. На затылок ложится мужская ладонь, разворачивает, фиксирует, и я оказываюсь лицом к лицу с Феликсу.

Он смотрит на меня, вглядывается, и мне вдруг кажется, что сейчас он меня узнает. Феликс хмурится, словно пытается вспомнить, и я выпаливаю первое, что приходит в голову.

— Вы хотели меня спросить, синьор.

— Я хотел... Я хотел тебя... — он вдруг сглатывает, с силой сжимает мне затылок. Проводит ладонью по своему лицу. Говорит по-русски: — Блядь. Что за хуйня...

Осторожно беру его за плечи и подталкиваю вниз. Он валится на подушку, запрокидывает голову, продолжает тереть руками лицо.

— Спи, милый, — шепчу, чувствуя себя воровкой и преступницей. Глажу его по плечам, по рукам.

Он раскидывает руки по сторонам, я кладу его голову на подушку. Клянусь себе, что это в последний раз.

Я не буду больше нас так мучить. Я не могу больше с собой бороться. Я обязательно что-то придумаю и уйду.