Книга Девочка из прошлого, страница 12 – Тала Тоцка

Феликс об этом знает, он правда хотел предупредить, что прибыл Ольшанский.

Как будто меня это волнует.

Как будто я этого не почувствовала.

— Господин Фокс, рад приветствовать, — от низкого голоса с характерной хрипотцой в мгновение перекрывает легкие.

Стараюсь дышать поверхностно, попытка вдохнуть поглубже вызывает острую, колкую боль.

Я просто волнуюсь. Слишком много людей, а я нечасто бываю на подобных мероприятиях. Хорошо, что сегодня королева бала не я, и от меня требуется лишь стоять рядом с Феликсом, сиять и очаровательно улыбаться.

— Ди Стефано, — поправляет Феликс, — я тоже рад встрече, господин Ольшанский. Представите меня своей очаровательной спутнице?

Звучит имя, которого я не слышу. Эта информация отскакивает от участка мозга, который отвечает за восприятие, как мячик для пинг-понга.

Мне просто надо повернуться. Всего лишь разворот на сто восемьдесят градусов, ничего особенного, что требует применения сверхъестественных способностей или суперсилы.

И все равно я целую вечность делаю долбанный разворот.

Интересно, он ожидал меня увидеть? Полагаю, что нет, но как знать. Может он решил изучить подробнеё список приглашенных.

Я готовила себя, чтобы встретиться с ним глазами. Ещё с того момента, как узнала, что все это мероприятие организуется исключительно с целью впечатлить Демида Ольшанского.

Но когда натыкаюсь на пристальный взгляд жгуче-черных глаз, с ног сбивает ударной волной. Сметает десятиметровыми цунами. Закручивает в воронку торнадо и со всей силы швыряет об землю. Сдирает кожу, оголяя нервные окончания.

Я временно слепну и глохну. Дышу поверхностно, с трудом проталкиваю воздух через стиснутые до скрипа зубы.

Мужчины обмениваются рукопожатиями. Но я каждым кончиком нерва чувствую, как между ними в воздухе проскакивают электрические разряды. Ни один из них не дает себе труд изобразить даже некое подобие улыбки.

— Арину Покровскую вам представлять не нужно, — Феликс подносит руку к моей талии и останавливается буквально в миллиметре, — насколько я помню, вы знакомы?

— Да, мы старые знакомые, — спокойно говорит Демид и мажет взглядом. На этот раз мельком, и мне не приходится опять задыхаться. Я даже тяну губы в улыбке.

— Рада тебя видеть, Демид, — искренне надеюсь, что улыбка выглядит лучезарной. Хотя губы с трудом раздвигаются будто они резиновые. Он молча кивает, и я только сейчас обращаю внимание на его спутницу.

Красивая. Впрочем, рядом с таким как Ольшанский, дурнушке ничего не светит. Уверена, там самые жесткие критерии отбора, и чтобы их пройти, надо соответствовать десяткам показателей. Тогда возможно повезет, и то не факт.

Мне даже немного жаль эту девушку. То, что она получила право стоять сейчас рядом с Демидом, положив руку ему на локоть, это вообще не победа. На самом деле для неё все только начинается.

«Как подольше продержаться?»

Этот немой вопрос ярко отпечатался у неё на лбу и горит неоновым цветом. Но у меня для неё неутешительные новости. Рядом с Ольшанским надолго никто не задерживается. И у девушки Не-помню-как-зовут практически нет шансов.

Демид смотрит не мигая. Сглатываю.

Между нами повисает неловкая пауза. Звенящая тишина бьет по барабанным перепонкам не хуже чем децибелы.

Только бы он не вздумал протянуть мне руку. Я же не смогу. Я не справлюсь. Меня накроет волной паники, и я испорчу вечер. А Феликс слишком много работал, чтобы вот так взять и одним махом ему все испортить.