Книга Совратить недотрогу, страница 16 – Юлия Герман

— Какая ты предусмотрительная, – почувствовал влагу на ее складках. – И резинки приготовила? – кровь хлынула в пах.

— Обижаешь, милый. Я на таблетках, – вылизывала мне ухо, продолжая тереться промежностью о мои пальцы.

— Ну, нет, малыш, – осторожно отодвинул ее от себя, вытирая влагу о ее микро-юбку. – Ты знаешь правила. Либо с резинками, либо никак.

— И что? У тебя разве нет с собой? – разочарованно хлопала глазками.

Мне вдруг стало весело. Приятно, когда телки тебя хотят до такой степени, что готовы умолять, чтобы запрыгнуть на твой член.

— Закончились, – пожал плечами, продолжая троллить рыжую, прекрасно помня, что в бардачке у меня несколько коробок презервативов и парочка резинок лежала в кармане джинсов. Да и у Гарика гондоны раскиданы по всему дому.

— И что теперь? – обиженно надула губки.

— Можешь отсосать, – хмыкнул.

— Блина, Пит. Я хочу полный пакет! Так долго тебя ждала, и снова облом, – топнула ножкой.

— Тогда вперед, малыш. На поиски резинок. Успеешь найти, я весь твой, – улыбнулся.

— Ты от меня не отвертишься, – накрыла рукой мою эрекцию поверх ширинки и, лизнув в шею, скрылась в толпе, отправившись выполнять квест.

Проводив взглядом лису-Миру, заметил в толпе миниатюрную брюнеточку, стрелявшую в меня глазками и чем-то напоминающую мне Моль. Кровь мгновенно забурлила в венах, и ощутил, как злость смешалась с возбуждением. Уже подумал отвести ее наверх и выплеснуть на ней все то, что накопилось. Допил виски и сделал шаг в сторону незнакомки, как дорогу мне преградила рыжая, размахивая перед лицом лентой презервативов и хватая меня за руку. Пожав плечами, подмигнул поникшей брюнетке.

Так даже лучше. Не хотел, чтобы до понедельника хоть что-то мне напоминало о Молениной… Ее глазах, смехе, тонкой шее и её отказе. Придет время, и она с таким же отчаянием будет бегать вокруг, умоляя взять ее. И тогда я оторвусь на ней за все. Особенно за то, что ее смех до сих пор звенел в ушах. Мы еще посмотрим, кто будет смеяться громче.

Ната

— Нат, ну пойдём, – смотрела на меня щенячьими глазами Лада.

— Не могу, Лад. Иди без меня, – достала из рюкзака общую тетрадь и ручку.

— Ты до сих пор дуешься на меня? Ну прости, пожалуйста. Я не хотела подставлять тебя, сама знаешь, – повторила она в сотый раз.

— Знаю. И нет, не обижаюсь, – выдала подобие улыбки подруге.

Утро после её триумфального выхода в свет было наполнено раскаянием, стыдом и даже слезами с её стороны. Как только она поняла, что находится не дома, и в памяти стали всплывать воспоминания о минувшей ночи, она тут же спряталась под одеяло, зажмурившись и затыкая уши, стараясь прогнать из памяти позорные картинки. Едва успокоившись и взяв свой смартфон в руки, листала отправленные мне сообщения, медленно краснела и все больше начинала задыхаться. А это мне никак нельзя было допускать. Мало мне мамы, которой требуется специальный уход, так еще и Ладка с приступом астмы.

Достав из ее сумочки ингалятор, дождалась, пока она успокоится, и только после этого мы смогли спокойно поговорить.

— Какой позор, – причитала она, отбросив телефон в сторону и закрыв лицо ладонями. – В меня все будут тыкать пальцами!

— Прекрати. Многие там вели себя гораздо неприличнее тебя. Никто и не вспомнит, что ты немного расслабилась, – старалась её хоть немного успокоить.