Книга Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь, страница 48 – Алекса Гранд

— Или ты зациклен на своей карьере и не хочешь детей?

Продолжает гнуть свою линию свекровь и мне, в присутствии толпы родственников, не остается ничего другого кроме, как ответить.

— Хочу.

— И я хочу!

Пропустив намек на фальшь в моем голосе, восклицает Диляра и, опустившись на стул слева от меня, мечтательно вздыхает.

— И свадьбу хочу. С пышным платьем и длинной фатой. С орхидеями и фрезиями. С трехъярусным тортом. С фотосессией с лучшим фотографом. И с салютом.

Вдохновенно перечисляет Диля, отчего мама вместе с тетей Эвой синхронно смахивают слезы умиления. У меня же от картинок, подкинутых воображением, сахар скрипит на зубах, и случается самый настоящий передоз ванили.

Правда, я не единственный, кого не вставляют эти приторные зефирные темы. Марк, поймав мой хмурый взгляд, едва не давится соком и начинает дико ржать. Нарушает воцарившуюся идиллию и по традиции игнорит вежливые манеры и правила приличия.

Самый младший из нас троих, Марк с самого детства делает, что хочет и где хочет, вызывая у окружающих попеременно то ступор, то шок, то чувства стыда. И это не лечится. Ни отцовским ремнем, ни длинными монотонными нотациями, ни самыми убедительными уговорами.

— Прошу меня простить. Нужно сделать срочный звонок.

Опередив возможные упреки, он встает из-за стола и, изображая высшую степень занятости, сваливает, чтобы так и не вернуться ни к началу обеда, ни к его середине.

И в этом я Марку откровенно завидую. Его бесшабашности, свободе и первоклассному пофигизму. Мне вот совесть не позволяет найти предлог и смыться, оставив Дилю у родителей.

Поэтому я стискиваю зубы и стоически выслушиваю всю чепуху про совместимость по резус-фактору, благоприятные дни для зачатия и даже модные тренды в детской одежде. Но последней каплей становится обсуждение нумерологии и составление гороскопа по дате рождения ребенка.

Так что к моменту, когда в кармане моего пиджака телефон разражается трелью, я похожу на гранату с выдернутой чекой, готовую вот-вот сдетонировать.

— Что? Я немедленно выезжаю, — едва не кричу в трубку бездушному роботу, который безэмоционально сообщает, что я получил шанс выиграть два миллиона, и поясняю застывшим родственникам, копируя брата. — Прошу меня извинить. В офисе прорвало трубу, необходимо мое присутствие.

— Я с тобой, — тут же порывается вскочить на ноги Диляра, но я ловлю ее за плечи и моментально усаживаю обратно.

— Не нужно. Отдыхай. Вы с родителями давно не виделись.

— Ты надолго?

— Не знаю. Как получится. Пока аварийщики все починят. Пока бумажки составим.

Вру напропалую и, чмокнув маму на прощание, выскальзываю в коридор. Одеваюсь так резво, как будто планирую побить свой армейский рекорд, и так же быстро выскакиваю на улицу, как будто за мной гонится стая голодных бультерьеров.

Вру теперь не только Диляре, но и родным, и не испытываю по этому поводу и тени раскаяния. Напротив, чувствую, как улетучивается неловкость, и как с лодыжек падают привязанные к ним гири. Второпях прогреваю двигатель и на четвертой скорости несусь к Нике, рискуя нарваться на патруль.

Но судьба явно мне благоволит. Менты, как и все нормальные люди, давно отмечают праздник в кругу семей, и я добираюсь до конечной точки своего маршрута без промедлений и штрафов.