Книга Сыночек в подарок, или Станьте моим мужем, босс!, страница 68 – Алекса Гранд

От Таниной трескотни через пару минут у меня начинает гудеть голова. Объем информации не умещается в мозгу. Я слушаю ее рассеянно, упуская детали, и вздрагиваю от жара, прокатывающегося вдоль позвоночника.

Чей-то тяжелый взгляд вонзается в мою спину, и я невольно оборачиваюсь, натыкаясь на поднимающуюся по лестнице парочку.

Олег. И его Катенька.

И как бы мне не хотелось притвориться, что их появление ни капли меня не трогает, возмущение все равно окутывает меня прогорклым сизым облаком.

Я так сильно привыкла к тому, что муж всегда игнорировал подобные сборища, что забыла, что он тоже учился в этой школе. Только на пару классов старше.

Разумеется, тогда он не замечал соплячку в растянутом сером свитере до колен с двумя французскими косами. А я и вовсе сохла по Честеру Беннингтону и до дыр заслушивала гремевший из каждой колонки «Numb».

— Пора! Сейчас все начнется.

Митина дотрагивается до моего локтя, вытаскивая из болота липких воспоминаний, и я отвожу глаза и делаю несколько шагов в сторону актового зала.

К счастью, Марк крепко меня держит. Успокаивающе поглаживает спину так, что тепло просачивается даже через ткань, и касается губами виска.

— Если ты не прекратишь заморачиваться, я прямо сейчас закину тебя на плечо, утащу домой и не выпущу из спальни до самого утра.

Склонившись ко мне, шутливо угрожает Северский, а меня начинает шарашить вполне серьезно. Суетливые мурашки взбудоражено обсыпают кожу. Колени норовят подогнуться. И я вся превращаюсь в подобие подтаявшего желе.

Вцепляюсь в Марка так крепко, как будто он — мой спасательный круг, надежная шлюпка в штормовом океане, и сипло выдуваю воздух из легких.

В общем, шантаж работает безотказно. Я перестаю видеть всех, кроме мужчины, двигающегося плавно и ведущего меня к первым рядам. Не помню, что каких-то пять минут назад я кипела от злости к бывшему супругу. И нервно облизываю пересохшие в раз губы.

— Это запрещенный прием, Северский!

— Какой именно?

— Выучить мои самые большие слабости и нагло ими пользоваться.

Сбросив давивший на мои плечи груз из обид, я напропалую флиртую с собственным шефом и понимаю, что, несмотря ни на что, мне приятно здесь находиться. Существовать в моменте, с любопытством коситься на серьезных взрослых дяденек и тетенек и пытаться угадать, кто из них кто, и то и дело ненароком касаться Марка.

Скользить подушечками пальцев по тыльной стороне его ладони. Сдувать несуществующие пылинки с его чернильно-черной толстовки. И утыкаться носом в его предплечья, улавливая терпкие нотки ставшего родным аромата.

Душистый лесной розмарин. Лимонный тимьян. И что-то не поддающееся описанию, присущее именно Северскому.

Привычные запахи целительно действуют на мои слегка расшатавшиеся нервы. Или виной вовсе не парфюм, а невозмутимый, словно скала, Марк и его уверенные прикосновения.

— Дорогие выпускники! Когда-то вы все покинули стены нашей Альма-матер. Многие из вас стали успешными людьми — именитыми учеными, талантливыми докторами, удачливыми бизнесменами, и прекрасными семьянинами. Вы — гордость нашей школы! И я рада приветствовать всех, кто решил вспомнить юность и пришел сегодня сюда.

Чуть располневшая за то время, пока я ее не видела, директор Инга Аркадьевна вытирает идеально отутюженным платочком катящуюся по щеке слезу, ненадолго окунается в историю любимого учебного заведения и приковывает наше внимание к проектору на стене.